Год разговоров, победо-поражений и отложенных решений

Версия для печатиВерсия для печатиPDF versionPDF version

Внешнеполитические итоги 2016 года для Украины в целом выглядят неоднозначно. Крайне мало событий, которые можно было бы записать на внешнеполитический баланс нашей страны в качестве победы - однозначной в понимании и окончательной во времени. Были однозначно неприятные моменты, но их - немного.

В целом, 2016 год для Украины выглядит промежуточных результатов, поскольку все решения по важным вопросам откладываются на 2017 год. Именно поэтому тактические позитивные результаты вроде бы являются маленькими победами на пути, но торжества нет, а есть лишь неопределённость и тревожное ожидание «решающего сражения».

Слова 2016 года.

Если попытаться очень кратко описать характер внешнеполитический деятельности Украины, то это будут три слова «обговорили», «закликає», «вимагає». Эти слова доминировали в заявлениях государственных руководителей, украинских чиновников и политиков по внешнеполитической тематике.

При этом слово «вимагає» стало звучать всё чаще в заявлениях украинских политиков, когда они говорили о деятельности политиков европейских, о деятельности международных организаций. «Тональность» заявлений становилась более жёсткой, напористой, менее дипломатичной и тактичной выражениях.

Показательно выглядела ситуация, когда представитель ОБСЕ по вопросам свободы слова Д.Миятович опровергла все жёсткие обвинения, высказанные по отношению к ней вице-спикером Верховной Рады Ириной Геращенко. Просто Миятович была первой из западных политиков, кто в подобной ситуации жёстко отреагировал в ответ на замечания, осуждения, упрёки и поучения от представителей Украины. А 28 декабря министр иностранных дел Сербии И.Дачич отреагировал на критику украинского посла следующим образом: «Не нужно читать нам лекции и вмешиваться в политику нашей страны»

А что со словами «виконала» и «досягла»?

В гугл-поиске для словосочетания «Україна виконала» появляются ссылки на материалы о том, что были выполнены: 1) все условия, необходимые для либерализации визовоого режима с ЕС; 2) все условия по программе сотрудничества с МВФ. Эти две темы домининуруют почти монопольно.

Для словосочетания «Україна досягла» поисковая система выдаёт большее разнообразие тем. Лидирует тройка тем: страна достигла критериев, необходимых для получения «безвиза», для получения кредита от МВФ, достигла макрофинансовой стабилизации.

События 2016 года.

1. Успешное выполнение Украиной программ для получения международной финансовой помощи, кредитов, кредитных гарантий – от США, отдельных западных государств, от МВФ, ЕБРР и т. д. Это единственное направление внешней политики, которое стало однозначно успешным благодаря слаженным действиям украинской власти – президента, Верховной Рады и Кабмина.

2. Либерализация визового режима ЕС с Украиной отложена. Страна и государственное руководство могут гордиться тем, что выполнены все необходимые 144 условия. Возможно, что некоторые из них выполнены «не идеально», но «зачёт» есть. Ситуация с перечнем условий выглядела неоднозначно. Например, в августе оказалось, что, вопреки июньским заявлениям президента П.Порошенко, не все условия выполнены: необходимо запустить систему электронного декларирования доходов. Благодаря политической воле президента и Кабмина удалось преодолеть сопротивление, скандалы, и электронное декларирование заработало.

С другой стороны, Украина так и не получила «безвиз» ни в ноябре, ни в декабре. Хотя по заявлениям руководителей государства и чиновников вопрос казался однозначно решённым. После этих «провалов» П.Климкин уже крайне осторожно сообщил, что Украину получит желаемое весной 2017 года. В данном вопросе наша страна стала заложником серьёзных противоречий между государствами-членами Евросоюза, в том числе по поводу миграционного кризиса и так называемого «механизма досрочной приостановки». Также, отчасти это связано с референдумами в Нидерландах, Великобритании, с внутриполитическими процессами в ряде европейских государств.

3. Соглашение об ассоциации Украины с ЕС так и не было окончательно ратифицировано в 2016 года. В апреле референдум в Нидерландах поставил под угрозу главный символ украинской политики последних лет. Отечественные чиновники, народные депутаты, активисты пытались агитировать голландцев, чтобы те сделали «правильный» выбор, но всё-таки результат для нашей страны оказался неприятным. Соглашение об ассоциации стало заложником политиков, связанных с Украиной скандалов, а также европейских демократических принципов, процедур и бюрократии.

По состоянию на декабрь, украинская власть может записать на свой счёт победу: удалось избежать внесения изменений в сам текст Соглашения, руководству Нидерландов и ЕС удалось согласовать компромиссный дополнительный документ. В «минус» можно записать отсутствие твёрдых гарантий, что парламент Нидерландов одобрит достигнутый компромисс в январе, или весной. То есть, процесс полной ратификации не завершён, и остаётся ожидать, что хотя бы первой половине 2017 года все процедуры будут завершены. «Мяч» как был «поле Нидерландов», так там и остался.

4. Победа Д.Трампа не президентских выборах в США расценивалась в качестве крайне нежелательного для Украины варианта. Негативное отношение к Трампу демонстрировали многие украинские чиновники, народные депутаты, эксперты. П.Манафорт, который руководил его избирательной кампанией, попал в коррупционный скандал, возникший в связи с «чёрной кассой», «амбарной книгой» Партии регионов. Была несостоявшаяся в сентябре встреча П.Порошенко с Д.Трампом.

А когда стало ясно, кто стал новым президентом США, руководство Украины и отдельные политики попытались сгладить предшествовавшие «недоразумения», и даже «амбарная книга» ПР оказалась ненастоящей. Но вот в конце декабря НАБУ вдруг сообщило о том, что экспертизой подтверждена подлинность записей и подписей. Как отреагирует на это П.Манафорт, который заявил, что из-за этого скандала он перестал быть руководителем избирательной кампании Трампа? Как отреагирует Трамп?

Пока окончательно не ясно, какой в итоге будет внешнеполитическая стратегия команды нового президента США. Но для Украины ситуация с американскими выборами выглядит крайне нелицеприятно. Остаётся надеяться, что у новой президентской администрации не будет времени, чтобы сводить мелкие счёты с украинскими политиками. Но однозначно, что позиция Трампа окажет наибольшее влияние на дальнейший ход процессов по поводу Донбасса и Крыма.

5. Конфликт на Донбассе в 2016 году уже де-факто был «замороженным». Реализация Минских соглашений не сдвинулась с тех позиций, на которых она была в декабре 2016 года. Снова были заняты населённые пункты в так называемой «серой зоне», продолжались перестрелки и военная активность на различных участках линии соприкосновения, отвод тяжёлых вооружений и техники не был полным. Осуществлено разведение сил на трёх пилотных участках, но в целом «режим тишины» никогда не был полным и продолжительным. Почти не знали «тишины» Авдеевкая промзона, Светлодарская дуга, ДАП и Широкино. Были обмены пленными, освобождение пленных, но менее масштабные, чем в 2016 году.

«Принуждение» Путина к участию в «нормандской встрече» на высшем уровне привело к появлению так называемого «плана Эро» (плюс «формула Штайнмайера»), в которым предпринималась попытка разблокировать мирный процесс, включая его политическую часть. По итогам октябрьской встречи государств «нормандской четвёрки» на высшем уровне этот подход был одобрен в целом, и было принято решение создать до конца ноября согласованную «дорожную карту». При этом Украина отказалась от своего главного требования «сначала граница – потом выборы», но зато выдвинула новое условие – демилитаризация Дебальцево. По состоянию на конец 2017 года согласованная «дорожная карта» не появилась.

Примечательно, что во время ноябрьской встречи глав МИД государств «нормандской четвёрки» обсуждение конфликта на Донбассе заняло меньше времени, чем обсуждение ситуации с сирийским Алеппо. Да и выглядело это не совсем однозначно: как будто сначала выполнили некую протокольную формальность, обсудив Донбасс с участием Климкина, а потому уже втроём занялись более важными делами. И неоднозначно выглядела реакция Ф.-В.Штайнмайера уже после завершения министерских встреч в Минске: нейтральность и отстранённость его оценок относительно результатов встречи по Донбассу ассоциативно напомнила жест «махнуть рукой».

Однозначно, украинское руководство может записать себе в победы то, что не пошло на уступки России и лидерам сепаратистов. С другой стороны, имеются три «минуса». Во-первых, это очередной отказ от компромиссов, о которых просили в течение 2015-2016 годов руководители США, ФРГ и Франции. Это приведёт к тому, что украинские проблемы (как безнадёжно беспросветные) исчезнут из числа приоритетов у западных партнёров, и Украина останется в этом смысле сама с собой наедине. Во-вторых, «замороженный конфликт» на Донбассе истощает ресурсы страны, является главной помехой для экономического восстановления и развития. В-третьих, упорство (или упрямство) украинского руководства по-своему приближают время ослабления и снятия антироссийских санкций.

То есть, «один–три» не в пользу Украины. Заявление А.Турчинова в поддержку полной блокады ОРДЛО также было не в пользу нашей страны. Как и последовавшая после этого инициатива по блокаде, озвученная ветеранами добробатов «Донбасс» и «Айдар».

Можно выжидать 20 января, чтобы узнать позицию Трампа по этому вопросу, потом ожидать результатов выборов во Франции, Италии, Германии и так далее. Но легче от всего этого Украине не станет.

6. Санкции, которые были введены против России в связи с аннексией Крыма и войной на Донбассе, продлены ещё на полгода (возможно, в последний раз в таком формате). Это можно считать победой, но в ней почти нет вклада руководства Украины. Судя по заявлениям А.Меркель, Ф.Олланда, немецких, французских, итальянских и других официальных лиц, продление санкций – это демонстрация ими последовательности и твердости позиции западных государств в их отношениях с Россией, а не одолжение Украине в ответ на её просьбы.

Но произошли события, которые можно квалифицировать как начало обвала антироссийских санкций де-факто. Например, «Газпром» в последние недели 2016 года получил доступ к трубопроводу «OPAL», подписал контакт на строительство газопровода «Северный поток- 2», совершил сделку по обмену активами с австрийской компанией «OMV». Справедливым будет замечание, что «Газпром» - в общем-то вне санкций. Но он символичен для отношений межу Западом и РФ. Символичен размах его деятельности в Европе в последние недели 2016 года.

А ещё «Роснефть» подписала соглашение со швейцарским сырьевым трейдером «Glencore» (кредит под сделку обеспечивает один из крупных европейских банков). Появилась информация о том, что подписан контракт с швейцарской компанией «Allseas Group S. A.» для её участия в строительстве «Турецкого потока». Настораживает информация, что американская компания «Exxon Mobil» якобы блокировала принятие «The STAND for Ukraine Act», потому что получила убытки в 1 млрд. долл. Из-за остановки своих проектов в России.

Сюда же следует добавить визиты европейских политиков и бизнесменов в Крым, визит на полуостров деловой турецкой делегации, заходы иностранных судов, продажа крымских товаров в Европе и т. п.

Один из лидеров президентской гонки во Франции Ф.Фийон заявляет о том, что санкции разорили французских фермеров. И подобные заявления делают политики и высокопоставленные госчиновники в других европейских государствах.

7. Отношения между Украиной и Россией проходили в формате продолжающейся третий год «экономической войны», в «фоновом режиме» взаимных упрёков, обвинений.

В числе главных событий следует отметить освобождение из заключения в России и возвращение в Украину Н.Савченко, Г.Афанасьева и Ю.Солошенко. Это можно считать победой Украины, хотя является результатом взаимовыгодной сделки. Но вторая половина года была полна историй с задержанием граждан Украины на территории России и подконтрольного ей Крыма («крымские диверсанты», Р.Сущенко и т. д.).

Много говорили о масштабных и частых учениях российских войск, проходивших вблизи украинской границы, о возможности полномасштабного вторжения. Скандал разразился из-за ракетных стрельб, которые Украина проводила на территории Херсонской области.

Нельзя не отметить подготовку Украиной исков к России из-за экономических и имущественных потерь, понесённых вследствие аннексии Крыма. В том числе был создан трибунал по поводу морской экономической зоны. Продолжались суды с «Газпромом», переговоры по поводу поставок газа и т. п. В ПАСЕ и ООН были приняты резолюции, осуждающие нарушение прав человека, в том числе на территории Крыма и ОРДЛО.

8. Неоднозначные партнёры. Именно так можно сказать по итогам 2016 года о Турции, Израиле и Польше.

В декабре Украина проголосовала в ООН за резолюцию, которая призывала Израиль остановить строительство поселений на оккупированных арабских территориях Палестины. Из-за этого был отменён визит премьер-министра В.Гройсмана в Израиль. Произошедшее можно записать в «минус» для украинской дипломатии, но ситуация неоднозначна. Возможно, что лучше было бы «воздержаться», но контексте проблемы Крыма такая позиция выглядела бы непоследовательной. Положительно то, что пока не произошло никаких осложнений в межгосударственных отношениях (кроме отмены визита В.Гройсмана).

Турция под руководством президента Т.Эрдогана превратилась из ярого оппонента России в её партнёра. И хотя турецкие официальные лица по-прежнему заявляют о поддержке территориальной целостности Украины, но политика Анкары всё больше ориентируется на выгоды, возможные от сотрудничества с Москвой. Самым знаковым событием является принятие закона о строительстве «Турецкого потока», участие России в ряде важных проектов на территории Турции. Также следует отметить визит в Крым большой деловой турецкой делегации. И красноречивым финалом 2016 года в этом вопросе стало турецко-российское партнёрское соглашение по сирийскому вопросу.

Польша, возможно, превращается из «адвоката Украины» в «проблемного партнёра». Резолюция Сейма по трагическим событиям на Волыни, инциденты антиукраинской направленности, - всё это способствует сохранению двусторонних отношений в прежнем виде, какими они были до 2016 года. 27 декабря появилось интервью с министром иностранных дел Польши В.Ващиковским, где он особо подчеркнул: празднование 75-летия УПА сделает невозможным примирение между поляками и украинцами. Впрочем, примирение делают проблематичным даже следующие слова Ващиковского: «Важно образование, потому что в обоих обществах нет осознания того, чем была УПА. Украинцы убеждены, что они боролись, в основном, с Советами и немного с немцами. Трагедия Волыни там (прим. – в Украине) почти не известна». Однозначно, почитатели УПА в Украине будут против такого их «просвещения».

Всё более острыми становятся противоречия между официальной Варшавой (с одной стороны) и руководством ЕС, ряда больших европейских государств (с другой стороны). Противоречий становится больше. Польское руководство демонстративно игнорирует принципы внутриевропейской солидарности по проблемам миграционного кризиса, а также базовые правовые номы ЕС, замечания Еврокомиссии. Обсуждается возможность беспрецедентного пока решения – лишение Польши права голоса в ЕС.

Для Украины становится неоднозначной помощь Варшавы в лоббировании необходимых решений: возрастает вероятность, что всё, что продвигается Польшей, будет встречать противодействие со стороны как ЕС в целом, так и со стороны многих европейских государств.

Резюме.

Для Украины 2016-й не стал годом победы и прорывов. Ни войны – ни мира, ни победы – ни поражения. И ни в одном важном вопросе не «поставлена точка».

Это был год кризиса украинской дипломатии, кризиса существующей внешнеполитической стратегии. Полного провала не сучилось, потому что принятие решений по главным для нашей страны вопросам перешло в 2017 год.

Владимир Воля

 

Русский