Города-крепости и борьба с "ЕС" в тылу: что происходит с вертикалью власти

С первых дней войны начала выстраиваться новая конструкция украинской власти. Местные советы, вплоть до областных, руководители ОТГ, представители оппозиционных (и не только пророссийских) движений либо оказывают максимальную поддержку, либо отошли в сторону. Принятие решений заключено на Офис президента, который стал одновременно и военным кабинетом, и центром принятия сложных логистических решений, и главным гуманитарным штабом страны. Но на деле ситуация не так однозначна. Ситуация в каждом отдельно взятом регионе складывается по-разному: в воюющих областях ситуация во многом контролируется комендантами городов-"осажденных крепостей", а в тылу идет скрытая борьба с политсилой Петра Порошенко.

Генералы потеснили гражданских

До войны реформа децентрализации предоставила регионам полноту полномочий – как бюджетных, так и ресурсных. Для контроля горизонтальной системы существовали вертикали: ОГА, де-факто лишившаяся тех самых полномочий (впоследствии функцию надзора должны были передать префектам), и политическая вертикаль в виде ячеек "Слуги народа", подотчетных народным депутатам, закрепленным регионом. Чтобы обойти неблагозвучное "куратор", институт назвали "политическими ответственными". Функции ОГА теперь закреплены за областными военными администрациями – ОВА. В начале марта президент подписал десяток указов, сменив руководство в некоторых ключевых регионах: генерал-лейтенант ВСУ Александр Павлюк стал главой Киевской ОВА вместо "гражданского" губернатора Алексея Кулебы, генерал-майор Николай Жирнов возглавил Киевскую городскую военную администрацию (так мэр Виталий Кличко лишился "военных" и некоторых других полномочий). Мэр Кропивницкого Андрей Райкович назначен главой Кировоградской ОВА вместо губернатора Марии Черной, полковник Максим Марченко возглавил Одесскую ОВА вместо губернатора Сергея Гриневецкого, а генерал-майор Игорь Табурец потеснил с должности шоумена и телеведущего Александра Скичко в Черкасской области. В остальных регионах главы ОГА трансформировались в глав ОВА. "Руководство ОВА коммуницирует с Офисом президента напрямую. У парламентариев свои функции, у исполнительной власти – свои, общение и сотрудничество – это нормально, но пробовать заходить на территорию чужих полномочий было бы некорректно с каждой из сторон, – говорит Vesti.ua нардеп от СН Георгий Мазурашу. – Наибольшее же влияние в силу обстоятельств имеет президент – это как бы совсем не секрет".

При этом ОВА решают по сути любые вопросы, а их функционал зависит от приближенности региона к линии фронта. В тот момент, как глава Луганской ОВА Сергей Гайдай занимается эвакуацией жителей Лисичанска и Северодонецка, его коллега Максим Козицкий во Львове не только ведет учет и обеспечивает ВПЛ всем необходимым, но и разрабатывает систему учета гуманитарной помощи (сегодня ею уже пользуются в 21 области страны). "При этом в ОВА относятся к СН по-разному, в некоторых регионах прямо говорят: "Спасибо, нам их не надо". ОВА ведь опираются на финансовые, информационные, административные ресурсы элит в регионах – у них уже симбиоз", – поясняет Vesti.ua политолог, глава Украинского института политики Руслан Бортник.

Координация партии власти

Депутаты от партии власти, которые коммуницируют с элитой в регионах, имеют целью перевесить баланс в сторону политики партии и президента. "Политические ответственные", неформально – "кураторы", были в ответе за понимание ситуации на местах и контакт с местными уровнями власти. Но в условиях войны все смешалось – не скажу, что их функция как-либо размылась, но все депутаты начали по максимуму сотрудничать друг с другом, даже если речь о разных партиях", – говорит Vesti.ua еще один "слуга" Юрий Камельчук. Исторически такие депутаты опирались на ячейки партии власти в регионах (причем депутаты любого созыва и любой партии власти, ведь институт "политически ответственных" изобрели задолго до Зеленского). "Сегодня взаимодействие между руководством СН и регионами происходит, как и раньше. В областях есть ячейки партии, которые коммуницируют с местной властью, с ними и идет взаимодействие", – утверждает Мазурашу.

 

Города-крепости и борьба с ЕС в тылу: что происходит с вертикалью власти - фото 1

 

Ситуация на местах складывается по-разному. Во Львовской области, к примеру, глава ОВА Максим Козицкий – одновременно глава ячейки СН, и в середине апреля он участвовал в партийной акции "Сады победы" (на фото). В Закарпатье активен "политически ответственный" за регион депутат от СН Николай Тищенко – он занимается размещением и запуском эвакуированных из горячих точек предприятий, а в конце марта открыл в словацком Кошице европейский гуманитарный штаб Закарпатской ОВА. "В основном политическое влияние перетянули на себя ОВА – ведь ни облсоветы, ни местные советы сегодня в принципе не имеют рычагов влияния, не принимают политических решений по вопросам, которыми наделены именно ОВА, – поясняет Vesti.ua Игорь Фрис, мажоритарщик от СН (его округ находится на Прикарпатье). – Все ОВА непосредственно подчинены Офису президента, т. е. в какой-то части это обошло политические звенья влияния".

В этом вопросе невозможно обойти стороной вопрос расширения криминального мира, традиционно сильных в ряде западноукраинских регионов – прежде всего, контрабандистов. "Они всегда пытаются аморально наживаться, и сегодня нужно жестко карать их за контрабанду под видом гуманитарки, пресекать все попытки ее "цапцарапать", – говорит нам Георгий Мазурашу. – Чтоб уменьшить эти риски, мы собираемся усилить в условиях военного времени полномочия президентско-кабминовской исполнительной вертикали".

Еще нюанс: именно в западноукраинских областях сохранилась внутриполитическая борьба. Она идет между административной вертикалью, ячейками СН на местах и "Евросолидарностью" Петра Порошенко. "ЕС" пытается быть максимально патриотичной, а на фоне безусловно патриотичной "Слуги народа" сдвигается вправо – еще глубже, – поясняет Бортник. – Это и резонансные заявления, скажем, о запрете УПЦ в Украине, и подобные тезисы. Противостояние на региональном уровне ощутимо, власть бьет ультраправых по рукам, усматривая за ними руку Петра Порошенко".

Города-крепости юго-востока

Совсем иная ситуация у воюющих областей, тех, что оказались близ линии разграничения или там, где есть риск нарушения продовольственной или иной логистики. Речь о Донецкой, Луганской, Харьковской, Запорожской, Херсонской, Днепропетровской, Николаевской и Одесской областях – т. е. практически о всем юго-востоке. И если для Донбасса, Запорожской и Херсонской областей ситуация накалена – часть территорий находятся под временной оккупацией, оттуда надо вывозить население по согласованию с ВС РФ или без оного, а тех, кто остался, необходимо срочно обеспечить гуманитарными грузами. То в остальных прифронтовых регионах идет весьма любопытный процесс. "Там сложился феномен городов-крепостей – Харькова, Николаева, Кривого Рога, – где реальная власть попала в руки представителей военно-гражданских администраций. Причем они решают буквально все вопросы: от памятников и ям на дорогах до рытья окопов, – говорит Vesti.ua Руслан Бортник. – Этот феномен нам еще предстоит изучать в будущем: Александр Вилкул (глава военной администрации Кривого Рога. – Авт.), мэры Филатов (Днепр) или Труханов (Одесса) – это потенциальное укрепление и трансформация региональных элит". Действительно, Вилкул в эфире национального телемарафона активно комментирует и те вопросы, которые не касаются непосредственно обороны Кривого Рога (кстати, родного города президента): обстрелы на линии соприкосновения в районе Херсонской области, освобождение из плена глав ОТГ региона и т. п. Мэр Днепра Борис Филатов, хоть и старается дистанцироваться от вопроса обороны (он мэр, а главой ОВА региона является Валентин Резниченко – также представитель местных элит), но несколько раз оказывался в неловких ситуациях: из-за призыва к эвакуации мирного населения и скандала с Тарасом Чмутом (фонд "Вернись живым"), когда волонтер обвинил Днепровскую городскую и Винницкую ОВА в требовании "откатов" от его фонда – Филатов в ответ предоставил аудиозапись разговора, где резко ответил: "Машины требовали не для себя, а для фронта". Партийные ячейки СН в воюющих регионах работают буквально как гуманитарные штабы: вот "слуга" из Днепропетровской области Денис Маслов доставляет кевларовые каски для бойцов ТрО, вот запорожский штаб СН получил от львовского медикаменты и перенаправляет их в больницы региона. "В прифронтовых областях своя специфика – там больницы, что лечат раненых, и там изначально были сложности с продуктами. Поэтому депутаты активны на местах: многие мои коллеги по партии, да и в других партиях также, каждый день контактируют по многим вопросам. Кому – лекарства, кому – продукты в конкретную часть, кому – бронежилеты, каски, – рассказывает Vesti.ua Юрий Камельчук. – Для меня ситуация выглядит так, что все политики в момент стали "социальными предпринимателями", что ищут возможность решить потребности беженцев или военных. Берем телефон, звоним коллегам из местного самоуправления или областным руководителям".

 

Города-крепости и борьба с ЕС в тылу: что происходит с вертикалью власти - фото 2

 

В будущем, по прогнозу политолога Бортника, феномен "комендантов городов-крепостей" трансформируется в новые политические проекты, причем их участников, несмотря на прошлое, их русскоязычность или православное вероисповедание, будет сложно упрекнуть в недостатке патриотизма, ведь они защищали свою землю. "Получится феномен Игоря Коломойского образца 2014 года, только масштабированный и регионализированный", – резюмирует политолог.

Аналитические материалы УИП

  • Текущая ситуация в Украине (12 -18 мая 2022 года)
  • Когда закончится война в Украине?
  • Ситуация в Украине: ключевые тренды
  • Ситуация в Украине и мире приближается к определению Новой мировой войны
  • Выборы во Франции: Макрон победил Ле Пен при поддержке 58,5% избирателей
  • Вступление Украины в ЕС.
  • ОБСЕ указала на серьёзнейшие нарушения прав человека в ходе вторжения российских войск в Украину.
  • Предварительные итоги украино-российских переговоров в Стамбуле.
  • Что делать с АР Крым и «ЛДНР»