Крымская эпопея

Согласно заявлениям Рефата Чубарова в среду 9 декабря Кабмин рассмотрит «Проект постановления об ограничении поставок отдельных товаров, работ и услуг с временно оккупированной территории на другую территорию Украины, или с остальных территорий Украины на оккупированную территорию», что по факту означает введение эмбарго на государственном уровне против Крыма и Донбасса.

Идеологи данного проекта постановления также являются организаторами гражданской блокады Крыма, которая по их словам мотивирована следующими факторами:

  • Борьба за освобождение крымско-татарских активистов и всех политзаключенных;

  • Противодействие обогащению правящей верхушки оккупированного Крыма;

  • Борьба за возвращение Крыма в состав Украины.

За продовольственной блокадой полуострова насупила энергетическая блокада, которая последовала после взрыва опор всех ЛЕП ведущих на полуостров, что вызвало серьезные проблемы в Крыму. Кроме того, Ленуром Ислямовым была анонсирована морская блокада, а между ней и энергетической еще одна, детали которой не были оглашены.

Данную цепочку событий, ввиду ее комплексного характера, можно анализировать в нескольких плоскостях.

Идеологическая составляющая

Безусловно, блокада аннексированного полуострова не способствует улучшению отношения его жителей к Украине. Их логика понятна: как можно любить страну, которая признает нас своими гражданами и в то же время создает гуманитарный, транспортный и энергетический коллапс на полуострове. Действительно, ведь проблемы с продуктами питания или электроснабжением, в первую очередь, касаются рядовых крымчан, что не способствует их лояльности к Украине. Для руководства Крыма и их семей эти проблемы неведомы и несущественны. Конечно, можно считать, что все эти блокады спровоцируют недовольство населения полуострова действующей оккупационной властью и переключат фокус общественной критики на Аксенова&co, заставив вспомнить о светлом прошлом Крыма в составе Украины. Этот расчёт в принципе мог бы сработать, но при одном условии, а именно наличии украинских СМИ на территории Крыма и ведении грамотной информационной кампании украинской властью. Однако действия участников гражданской блокады направленны больше на внутренний политический рынок. И в данном аспекте блокада Крыма стала гораздо более эффективной. Ведь впервые после аннексии полуострова страна начала предпринимать конкретные действия, направленные на его возвращение в состав Украины (эффективные они или не очень – это уже другой вопрос). Гражданская блокада действительно заставила задуматься о том, почему власть не совершает никаких действий в адрес Крыма, хотя в то же время и не признает его аннексию. А если говорить в общем, то получается, что крымский полуостров нужен только Правому сектору и крымским татарам.

Факт блокады полуострова гражданскими активистами поставил перед государством дилемму: оставаться в стороне и провоцировать дальнейшие претензии гражданского общества к собственному бездействию по крымскому вопросу, или же включиться в данные процессы путем нормотворческого урегулирования вопросов касающихся блокады. Понятно, что в такой ситуации выбор власти пал на второй вариант, эффективность которого, впрочем, остается достаточно сомнительной.

Экономическая составляющая

Блокада аннексированного полуострова стала масштабным событием для экономики Крыма. Это и неудивительно, ибо за первое полугодие 2015 года экспорт украинкой продукции составил 472.1 млн. долларов, в то время как импорт из Крыма в Украину всего лишь 18.1 млн. долларов, что свидетельствует об отрицательном сальдо полуострова.

Однако следует заметить, что продуктовая блокада стимулирует отказ Крыма от украинской продукции и переход на российскую альтернативу, что может негативно сказаться на украинском производителе. Этот процесс начался уже давно благодаря усилиям Роскомндзора и необходимости дальнейшей интеграции Крыма в состав РФ. Усиление блокады повлекло за собой потерю полуострова как рынка сбыта, а также увеличения удельного веса российской продукции на прилавках магазинов. Эти продукты, ввиду объективных экономических причин, а также сложностей в вопросе логистики стоят на порядок дороже украинских аналогов, что негативно отражается на кошельках резидентов Крыма, но в то же время способствует росту благосостояния российских производителей.

В данном аспекте также следует вспомнить требование об отмене пресловутого закона Украины «О создании свободной экономической зоны Крым и про особенности осуществления экономической деятельности на временно оккупированной территории». Принятие данного закона было мотивированно необходимостью легализации правового статуса украинского бизнеса на территории Крыма. Однако фактически этот документ является результатом лобби крупного украинского капитала, у которого остались большие промышленные активы, а также торговые сети на территории оккупированного полуострова. Да и факт создания СЭЗ в аннексированном Крыму трудно поддается объяснению. Дело в том, что свободные экономические зоны создаются, как правило, для привлечения инвестиций и упрощения ведения бизнеса. Поскольку Крым находится под санкциями, ограничивающими деятельности западного капитала на территории полуострова, возникает вопрос касательно адекватности данного закона.

Помимо продуктовой блокады, крымско-татарские активисты спровоцировали и энергетическую блокаду, которая повлекла за собой энергетический коллапс на полуострове. Поставки электроэнергии в Крым регулировались одиозным договором между Украиной и РФ, согласно которому Украина поставляет электроэнергию в «федеральный округ Крым». Обнародование этого документа вызвало широкий резонанс среди украинских политиков. Арсений Яценюк, уже традиционно возложил ответственность за его подписание на Министра энергетики и угольной промышленности. Владимир Демчишин парировал: «Договор за период существования, за десять месяцев, принес прибыль. Насколько я помню, в марже это приблизительно 3%. Но учитывая значительный объем (экспорта электроэнергии – ред.) – это больше 300 млн. грн».
В любом случае энергетическая блокада де-факто сделала невозможными поставки электроэнергии на полуостров, что поспособствовало ускорению запуска первой очереди энергомоста из материковой части РФ в Крым, который, не выдержав перетока заявленных мощностей, оказался, в общем-то, провальным мероприятием. Дальнейшая блокада станет серьезным ударом по российским налогоплательщикам, так как электрификация полуострова обойдется властям РФ по разным оценкам от 1 до 3 млрд. долларов. Так что в энергетическом аспекте блокада оказалась крайне удачной и эффективной: содержание полуострова для РФ начинает обходиться все дороже и дороже. А дабы не спровоцировать рост социального напряжения в связи с высокой стоимостью товаров массового потребления, РФ необходимо будет решить серьезную логистическую проблему – построить мост через Керченский пролив с заявленной стоимостью в 228.3 млрд. рублей.

Если анализировать блокаду в экономическом аспекте по соотношению потери Украины/ потери России, то, безусловно, блокада является крайне результативной. Однако если рассматривать соотношение потерь к масштабам экономики двух стран, то в таком случае эффективность данных действий значительно уменьшится.

Политическая составляющая

Если анализировать блокаду в политической плоскости, то тут следует отметить сдвиг позиции украинских властей с нейтральной в сторону положительной. С момента начала операции государство не препятствовало действиям активистов на границе оккупированного полуострова, ограничиваясь молчаливым согласием. Однако ситуация началась меняться с момента подрыва опор ЛЕП ведущих в Крым. Достаточно вспомнить конфликт между силовиками и участниками гражданской блокады, а также митинг под АП. Безусловно, общественные симпатии оказались на стороне активистов. Перед властью встала необходимость подключиться к действиям участников блокады, переведя их активность в правовое поле, что частично было сделано 23 ноября 2015 года постановлением правительства о запрете перемещения грузового транспорта на административной границе между Украиной и АР Крым. А на 9 декабря было анонсировано еще одно событие: рассмотрение проекта постановления об ограничении поставок отдельных товаров, работ и услуг с временно оккупированной территории на другую территорию Украины, или с остальных территорий Украины на оккупированную территорию. В целом, следует сказать, что на сегодняшний момент государство пытается подмять под себя действия протестующий, тем самым симулируя активную деятельность, направленную на возвращение Крыма в состав Украины. Однако эти действия могут повлечь за собой серьезные политические последствия. Взяв под свой контроль гражданскую блокаду и легализировав продовольственное эмбарго, власть может нарваться на ответные действия РФ. И у Кремля необходимых инструментов предостаточно: поставки газа и угля, Минский процесс, реструктуризация украинского долга. Поэтому легализация требований участников гражданской блокады реализуется через Кабмин, а не через парламент. Таким образом, в случае серьезных контрдействий РФ, у Порошенко будет возможность возложить всю вину на правительство, минимизировав рейтинговые потери, как для себя, так и для своей партии.

Блокада Крыма во всех ее формах носит крайне противоречивый характер, а ее эффективность относительна. Это и не странно, ведь она является всего лишь следствием полной неспособности или нежелания отстаивать собственные государственные интересы касательно крымского полуострова. Когда же государство просто забыло о том, что за Крым нужно бороться, за это взялись представители гражданского общества со всеми вытекающими последствиями, как негативного, так и позитивного характера. Это абсолютно закономерно, ведь отстаивание собственных границ – это компетенция государства, а не гражданского общества. Оно просто не должно этим заниматься, но занимается, руководствуясь принципом: «если не мы, то кто?».

Способствуют ли действия активистов гражданской блокады Крыма его возвращению? Скорее нет, чем да. Однако еще больше этому не способствует бездействие нынешней власти.

Эксперт УИАМП Николай Стребков