Минск 2016. Чего ожидать?

Версия для печатиВерсия для печатиPDF versionPDF version

Минск 2015 умер, да здравствует Минск 2016 – именно такими словами можно охарактеризовать ситуацию с переговорами по урегулированию кризиса на востоке Украины. 30 декабря лидеры Нормандской четверки условились о продлении срока действия Минских соглашений на 2016 год. Ранее же предполагалось, что пункты данного протокола должны быть выполнены до конца 2015 года, однако уже в сентябре на уровне министров иностранных дел стран Нормандской четверки начали звучать предложения о продлении сроков действия Минских соглашений на 2016 год.

Так чего же нам ожидать: продления действия «Минска-2» на 2016, или же в новом году мы сможем констатировать появление «Минска-3» – качественно нового процесса урегулирования конфликта на востоке Украины?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос мы должны исходить из того, что дорожной картой решения восточно-украинского кризиса, как и в 2015 году, остаются вторые минские соглашения со всеми вытекающими из этого последствиями.

На сегодняшний день с абсолютной уверенностью можно констатировать полный провал «Минска-2» в аспекте урегулирования конфликта на Донбассе. Главная преграда - политическая составляющая Минских соглашений, а именно: конституционная реформа и особый статус Донбасса, амнистия участников незаконный военизированных формирований, возвращения контроля над государственной границей, проведения выборов в отдельных районах Донецкой и Луганской областей, а также алгоритм выполнения данных шагов. Отсутствие консенсуса по данным вопросам среди участников трехсторонней контактной группы, которая является производным от Нормандского формата, закономерно выливалось в хронические боевые столкновения на фронте.

При этом не следует забывать, что «Минск-2» все же стал барьером к возвращению «большой войны» на Донбасс, что позволило верхушке непризнанных ДНР/ЛНР при помощи России аккумулировать ресурсы для государственного строительства и стабилизации внутриполитической ситуации в данных квази-государствах. На сегодняшний день в ДНР/ЛНР практически решили проблемы с неподконтрольными полевыми командирами, создав собственные вооруженные силы, наладили работу ряда «министерств» необходимых для администрирования ключевых сфер общественной жизни, ликвидировали внутреннюю оппозицию, создав достаточно прочную вертикаль власти.

Именно с этим багажом неразрешенных проблем, приправленным внутриполитической нестабильностью делегитимизацией власти, а также серьезными экономическими трудностями Украина вступила в новый 2016 год.

Однако, в то же время, по сравнению с 2015 многое изменилось. При этом не столько благодаря проактивным действиям Украины, сколько объективным факторам. Нужно понимать, что для ключевых партнеров Украины в Нормандском формате, Германии и Франции украинский вопрос отошел на второй, или даже на третий план, в связи с обострением мигрантского кризиса, который вызвал внутриполитическое обострение в отношениях стран-участниц ЕС, что на сегодняшний день фактически являет собой прямую угрозу будущему шенгенской зоны. Вновь актуализировавшаяся проблема исламистского терроризма после терактов в Париже окончательно сместила фокус интересов Германии и Франции с украинского вопроса, переведя его в ранг второстепенных.

Европа, откровенно говоря, устала от украинского кризиса, и, с одной стороны, заинтересована в его скорейшем решении, с другой же стороны, не готова прикладывать достаточные усилия для его урегулирования в силу вышеописанных причин.

Положение России также претерпело серьезных изменений. Европейские санкции безусловно действуют, хотя их эффект очень медленно конвертируется в реальные действия РФ по урегулированию конфликта на Донбассе. Конечно, главной проблемой РФ остается крайне низкая цена на нефть, которая продолжает оставаться одним из столбов российской ресурсно-ориентированной экономики, а санкции лишь дополняют данный разрушительный эффект. В такой ситуации Россия, так или иначе, вынуждена проявлять активность по урегулированию украинского конфликта, демонстрируя Европе и США свои «благие» намерения. При этом РФ заинтересована в возвращении ДНР и ЛНР в состав Украины на своих условиях, что позволит ей сохранить влияние на данный регион, а как следствие – и в целом на Украину, снабдив себя действенным инструментом в виде пророссийско-ориентированных автономий на востоке страны.

Украинскую власть нынешнее положение дел в принципе устраивает, ибо реализация Минских соглашений требует серьезных усилий и несет прямую угрозу для стабильности нынешней политической системы: Конституционная реформа, для которой необходимо 300 голосов парламентеров повисла в воздухе. Получить недостающие голоса для того, чтобы провести закон через второе чтение на данный момент выглядит проблематичным для партии власти, что может привести к усилению парламентского кризиса, а также к возможным парламентским перевыборам, которые не сулят ничего хорошего, прежде всего для позиции Украины на международной арене. Также необходимо будет принять и имплементировать закон об амнистии для участников незаконных вооруженных формирований ДНР/ЛНР, который может стать катализатором активных протестов правых группировок, а также бывших и нынешних участников АТО. В совокупности с огромным количеством боевого оружия, имеющегося у этих социальных групп, это может привести к вооруженному противостоянию с властью.

Возвращение ОРДЛО в состав Украины на выгодных для Киева условиях выглядит маловероятным, а необходимость решения кома скопившихся там социальных, политических, экономических, культурных и инфраструктурных проблем, как ни парадоксально, также малопривлекательная перспектива для нынешней власти.

Для решения всех вышеперечисленных проблем Киеву необходимы огромные финансовые ресурсы, единственный источник которых, за исключением международных программ помощи, перераспределение уже имеющихся финансов. В совокупности и с так тяжелой эконмической ситуацией в стране – вливание бюджетных средств в ОРДЛО может вызвать общественное недовольство. Воспрепятствовать этому помогла бы активная информационная кампания эксплуатирующая тему победы в войне и возвращения Донбасса в состав Украины для легитимации подобных действий. Однако в нынешних условиях граждане вряд ли захотят «восстанавливать целину». К тому же возвращение Донбасса в состав Украины если и произойдет, то явно не в том виде, в котором его себе представляет обыватель.

В тоже время было бы некорректно утверждать, что Украина саботирует Минский процесс, так как официальный Киев сегодня напрямую зависит от западных партнеров, которые заинтересованы в скорейшем завершении данного конфликта.

Таким образом, на сегодняшний день логично предположить два варианта развития минского процесса:

  1. Замораживание конфликта на востоке Украины.

  2. Активизация политической составляющей в работы трехсторонней контактной группы и начало процесса реинтеграции данных территорий в состав Украины.

Примечательно, что первая альтернатива более привлекательна для нынешней власти в Украине, нежели вторая, в которой больше заинтересованы РФ, ФРГ и Франция. Смена ключевого переговорщика России в ТКГ на ближайшего соратника Путина Бориса Грызлова означает повышение статуса данных переговоров для Кремля, что может свидетельствовать и об изменении позиции РФ по Донбассу на более умеренную. Минский процесс в 2016 году станет торговой площадкой, на которой Москвой будут вестись торги за снятие санкций.

При этом следует понимать, что даже при полном и безоговорочном выполнении Минских договоренностей Кремлем, Россия все равно сохранит за собой определяющее влияние на регион Донбасса, для преодоления которого Украине понадобится не один десяток лет.

В 2016 году Донбасс начнет возвращаться в украинское социально-политическое пространство. Медленно и тяжело процесс реинтеграции начнется. На выгодных ли для Украины условиях? Вряд ли. Однако, увы, альтернативы этому просто нет.

 

Эксперт УИАМП Николай Стребков

Русский