Нагорно-Карабахский конфликт, как один из механизмов реализации современных геостратегий на Южном Кавказе

На рубеже XX - XXI веков произошли значительные геополитические события, полностью изменивши баланс сил в мире - стабильную и достаточно прочную биполярную систему сменила в результате распада СССР новая многовекторная, на международной арене появились новые игроки, которые активно начали проводить свои геостратегические планы - налаживать выгодные экономические связи, искать новых военно-политических союзников, расширять и создавать военные альянсы. Но данная система породила еще один феномен - замороженные военные конфликты, которые имели специфические особенности, такие как этнополитический характер, различные сепаратистские движения не только на постсоветском пространстве, но и на Балканах, странах Африки (Судан, ЦАР), на Ближнем Востоке, Молдове , Грузии, Украине, странах Балтии при поддержке других государств, имеющих также в определенной степени религиозный характер. Одним из таких конфликтов является военное противостояние между Азербайджаном и Арменией за территорию Нагорного Карабаха.

Утром 27 сентября начались первые военные столкновения между военными подразделениями двух государств, причем обе обвиняли друг друга в эскалации. По состоянию на 13 октября азербайджанские военные силы смогли прорвать передовые части вооруженных сил Армении на линии Чайлы-Йухары-Гюздяк-Горадиллы-Сулейманлы, но и премьер-министр Армении Н. Пашинян и президент Азербайджана И. Алиев смогли на определенный период договориться о перемирии. 14 октября, на 18-й день войны в Карабахе Азербайджан впервые открыто объявил, что нанес удар по территории Республики Армения, а не по Нагорному Карабаху и прилегающих районах. В то же время президент Азербайджана И. Алиев объявил о взятии еще восьми сел на южном участке фронта, а руководители Армении и самопровозглашенной НКР (Нагорно-Карабахской республики) признали, что противник за время перемирия сумел продвинуться вперед. Министерство обороны Азербайджана в ночь на среду объявило, что в час ночи по местному времени азербайджанские военные нанесли удар по дальнобойным ракетным установкам "Эльбрус", которые якобы готовились нанести удар по азербайджанским городам с территории Армении. Позже минобороны Азербайджана опубликовало видео, в котором, как утверждается, запечатлен момент выхода трех ракетных установок на боевую позицию. Момента удара по ним на видео нет. Россия, США, минская группа ОБСЕ, ЕС, Франция, Германия, НАТО призвали стороны прекратить огонь и сесть за стол переговоров. Иран традиционно предложил свое посредничество, заняв ничейную сторону. Цель данной статьи состоит не в освещении хроники боевых действий, а анализ современных геостратегий тех государств, которые имеют отношение к Карабахскому конфликту и региону Южного Кавказа.

В основе геостратегических приоритетов двух ключевых участников вооруженного конфликта являются геополитические иррендентисткие концептуальные проекты целью которых является создание в основном моноэтнической региональной державы. Ирредентизм (итал. Irredentio неосвобожденная) - разновидность национальной политики того или иного государства (политической партии, движения), направленной на объединение рассеянных по миру народов, нации или этноса. В политических кругах Азербайджана данный геополитический проект существует под названием «Большой Азербайджан». Актуальность создания ирредентистской региональной державы приобрела после распада СССР в начале 1990-х годов. Ряд политиков националистов призвали выделить территорию границы "исторической родины", кроме современной республики, северо-западные регионы современного Ирана, всю современную Армению, часть Грузии и России, но возникали определенные разногласия между историками и политиками в планах реализации данного геополитического проекта и поиском возможных союзников за рубежом. Идея Большого Азербайджана была сформулирована П. Диланчи в 1991 году и определена в своих границах А. Эльчибеем (президент Азербайджанской Республики в 1992-1993 годах), в 1992 году. В 1991 году П. Диланчи создал организацию CAMAH и в 1997 году создает организацию Союз Единого Азербайджана (Bütöv Azərbaycan Birliyi). Его книга об идее единого Азербайджана под названием «Bütöv Azərbaycan yolunda» была опубликована в Анкаре в 1998 году. А.Ельчибей заявлял, что границы Азербайджана должны достигать от Дербента (Россия) до Персидского залива и кроме того утверждал, что и на тех территориях где азербайджанцы не является даже заметной частью населения, это территории азербайджанского исторического этнического присутствия. Он предполагал, что Азербайджан имеет право управлять этими территориями, которые он называл "Объединенными азербайджанскими землями" (Birləşmiş Azərbaycan Yurdları). А. Эльчибей также враждебно относился к идее независимого Курдистана. П. Диланчи, находясь в Иране, выдвинул идею независимости Южного (Восточного) Азербайджана, его отделения от Ирана и объединения с Северным (Западным) Азербайджаном. Идея независимости Южного (Восточного) Азербайджана и его объединения с Северным (Западным) Азербайджаном была принята А. Эльчибеем, а затем Г. Алиевым. «Идите к освобождению Карабаха, дорога проходит через Тебриз», он открыто поддержал идею независимости Южного Азербайджана; В одном из своих выступлений Г. Алиев сказал: «Когда я говорю Иран, я имею в виду Южный Азербайджан» говоря, что он близок к этой точке зрения. В 2000 году П. Диланчи принял решение участвовать в выборах в Северном Азербайджане от организации CAMAH, и это решение было принято властями Азербайджанской Республики. Однако незадолго до выборов его членство, которое поддерживалось народом, было отменено, а власти Ирана начала его политическое преследование за сепатистские заявления. Позже он бежал в Канаду, где продолжал свою политическую деятельность. Его партийная организация CAMAH продолжала действовать и без него, но пока ее активность постоянно снижается из-за ряда факторов, в том числе и уменьшением поддержки со стороны официального Азербайджана. На данный момент основные его политические цели следующие:

1) объявить Южную Азербайджанскую Республику.

2) утвердить конституцию Южного Азербайджана на основе мировых ценностей. Отразить в Конституции статус нейтрального и демократического государства, сформированного на основе мира и сотрудничества с другими странами в соответствии с Уставом ООН.

3) отменить власть деспотического религиозного деятеля, разделить власть на независимые демократические законодательные, исполнительные и юридические органы.

4) обеспечить существование разного рода философско-религиозного мировоззрения.

5) формирование войск национальной обороны.

6) обеспечить независимое и беспрепятственное улучшения языка и культуры для всех национальных меньшинств (персидских, курдских), которые являются гражданами Юго-Азербайджанской Республики.

7) предоставить право двойного гражданства проживающим за рубежом азербайджанцам.

Южный Азербайджан состоит из Ардебиля, Восточного Азербайджана, Западного Азербайджана, Зенджана, Хамадана Останса (провинции) и прилегающих районов Астара, Казвин и других территорий. Площадь этих территорий оценивается примерно в 170 000 кв. км (территория Северного Азербайджана вдвое меньше - то есть 86 600 кв. км). В национальном составе азербайджанских провинций Ирана преобладают турки, составляя более 90% населения этих территорий. Точное количество азербайджанских турок в Иране определить сложно. Официальная статистика не указывает национальный состав Ирана. Согласно исследованию, основанному на официальной статистике, азербайджанские турки составляют почти 40% населения Ирана. Это 75% всех азербайджанских турок в мире. В современном Иране можно выделить три основных направления в решении национальной проблемы Южного Азербайджана, представляющие трех различных групп и позиций:

1. Группа религиозных лидеров, промышленников, бюрократов, которые занимают ведущие должности в иранском государстве, и их идеологи. Эта группа поддерживает идею единого Ирана; стремится увеличить долю власти и капитала в едином Иране, поддерживает идею тюркизации всего Ирана и некоторые в этой группе поддерживают присоединение Северного Азербайджана к Ирану.

2. Группа интеллектуалов, промышленников и бюрократов, которая опасается раздробление Ирана, поддерживает идею предоставления Южному Азербайджану (и в то же время другим национально-национальных меньшинств) культурной или национально-территориальной автономии, рассматривается ими как оптимальный путь решения азербайджанской проблемы.

3. Третья тенденция представлена ​​новыми политическими организациями и группами, которые поддерживают идеалы независимости Южного Азербайджана и единого Азербайджана. Эти радикальные силы не верят, что национальный вопрос в Иране может быть решен эволюционным путем, они скорее считают, что для достижения своих национальных целей они должны использовать все средства, включая вооруженную борьбу (вышеупомянутая политическая организация САМАН).

По заявлениям азербайджанского парламента (июнь 2001 г.), "историческими азербайджанскими землями" кроме собственно территории Азербайджанской Республики являются:

1) Часть территории Грузии,

2) Южные районы российского Дагестана,

3) Вся территория Армении,

4) Северо-западные районы Ирана.

Еще при президентстве Г. Алиева, началась довольно тесное сотрудничество с азербайджанской диаспорой в России, Иране и Турции. Политический проект конструирования диаспоры и превращения ее в ирредентисткое движение за рубежом приобрело отчетливые очертания в начале 2000-х годов. В ноябре 2001 года в Баку по инициативе Г, Алиева прошел первый съезд азербайджанцев мира. По его результатам в 2002 году был создан "Государственный комитет по работе с азербайджанцами, проживающими за рубежом". Неизменным руководителем его стал Н, Ибрагимов. Первый съезд инициировал создание "Координационного совета азербайджанцев мира", во главе с паназербайджанским президентом Г. Алиевым. С этого момента успех реализации геополитического проекта стал измеряться в росте числа организаций, объеденных в единую подчиненную структуру. Нынешний президент страны И. Алиев унаследовал в 2003 году созданные институты и утвердил стили конструирования диаспоры. Единственным, символическим нововведением стало переименование в 2008 году упомянутого Госкомитета, в "Комитет по работе с диаспорой". К моменту проведения II Съезда азербайджанцев мира (16 марта 2006 года), "Государственным комитетом по работе с азербайджанцами за рубежом" был подготовлен документальный фильм с говорящим названием "Мы пятидесятимиллионный народ". По этой версии 10 миллионов составляют диаспору, разбросанную по 70 странам мира. Все население современного Азербайджана не достигает такой цифры. Солидарность десятимиллионному транснационального сообщества (как, впрочем, в случае и с любой другой диаспорой) существует только в контексте официального диаспоральноо дискурса. Этот активизм, при отсутствии традиционных легитимных институтов производит и поддерживает определенную степень солидарности (политических партий или религиозных структур), ограничивается достаточно узким кругом этнических предпринимателей и членов их семей.

Кроме этого, поддержка азербайджанцев за рубежом создает предпосылки к дальнейшему их вовлечения в военный конфликт в Нагорном Карабахе, что возможно и является основной целью создания више упомянутого органа для поддержки и вовлеченности азербайджанской диаспоры. Власть открыто пытается мобилизовать этнических азербайджанцев в эмиграции на конфликт с армянами в ситуации, когда и те и другие могут проживать компактно в третьих странах, например, России, Украине, странах Европы, США. Можно считать, что существование большой и влиятельной армянской диаспоры стало существенным подспорьем для политического режима, установленного в постсоветской Армении в его победе в информационной войне. С тем, чтобы преодолеть противника, следовало создать собственную влиятельную диаспору. Американский социолог Р, Брубейкер отмечает, что если все группы мигрантов описывать как диаспоры, ни одна из них не будет такой. Очевидно, что явление как "азербайджанская диаспора", кардинальным образом отличается от любой "классической диаспоры" (еврейской, армянской, украинской или греческой). Категория травмы, обязательная для диаспоры, по мнению многих исследователей, в данном случае не может быть применена.

8 февраля 2018 на VI съезде партии «Ени Азербайджан», президент И.Алиев заявил, что «политической и стратегической целью азербайджанцев является возвращение в Ереван, который является исторической землей Азербайджана». «Это должно стать направлением нашей будущей деятельности, как и сейчас мы работаем в этом направлении. Нашими историческими землями является Ереванское ханство, Зангезур-Гейча », - сказал И.Алиев, как пишет азербайджанское издание Haqqin.az. Таким образом реализация данного геополитического проекта пока находится на достаточно высокой стадии и хотя определенные заявления можно назвать и как популистские, реализация азербайджанской геостратегии вокруг Нагорного Карабаха и Армении показывает, что данный военный конфликт находится и в геополитической плоскости. Однако попытки решения данного конфликта между двумя сторонами были. 1 декабря 2010 на полях саммита ОБСЕ в Астане было принято Совместное заявление руководителей делегаций сопредседателей Минской группы и президентов Армении и Азербайджана. В преамбуле этого заявления выражалось согласие участников в том, что «пришло время для более решительных шагов в направлении урегулирования нагорно-карабахского конфликта». 23 января 2012 в Сочи, в ходе серии трехсторонних встреч президентов Армении, России и Азербайджана достигались соглашения о мерах доверия в зоне конфликта, о необходимости создания конструктивной атмосферы на переговорах, и фактически ни одна из этих сделок не была реализована. Если на первое место в карабахском конфликте внешними актерами, в рамках или вне формата сопредседательства Минской группы, ставится цель недопущения новой войны, то подобная цель достигается, например, что в последнее время участились визитами сопредседателей Минской группы в регион конфликта, заявлениями официальных лиц России, США , Франции о неприемлемости для них новой военной эскалации на Южном Кавказе. Другая проблема заключается в том, что Азербайджан не собирается мириться с армянским присутствием в Нагорном Карабахе и присутствием России в Южном Кавказе. Дело в том, что принципы мирного урегулирования военного противостояния были заложены Минской группой ОБСЕ и закреплены в т.н. Мадридских принципах. Основные положения обновленной версии договора были обнародованы 10 июля 2009 года, в заявлении глав государств-сопредседателей Минской группы ОБСЕ, сделанном в ходе саммита «Большой восьмерки», который проводился в итальянском городе Л'Аквиле. Эти принципы отражают компромисс, основанный на Хельсинских Заключительных актах о неприменении силы, территориальной целостности и равных прав и самоопределения народов. Основные положения этого документа таковы:

- возвращение территорий, окружающих Нагорный Карабах под контроль Азербайджана;

- временный статус Нагорного Карабаха, обеспечивается гарантиями безопасности и самоуправления;

- создается коридор, связывающий Армению с Нагорным Карабахом;

- будущее определение окончательного правового статуса Нагорного Карабаха путем юридически обязательного волеизъявления;

- право всех внутренне перемещенных лиц и беженцев вернуться к своим прежним местам проживания;

- международные гарантии безопасности, которые включали бы миротворческую операцию.

Данные принципы были повторно озвучены 26 июня 2010 в городе Мускока в совместном заявлении президентов РФ Д, Медведева, США Б, Обамы и Франции Н. Саркози. Но официальный Баку продолжает настаивать на том, что конфликт может получить свое «решение» только путем войны или путем полной капитуляции Нагорно-Карабахской Республики. Армянские дипломаты придерживаются иного мнения - войной или капитуляцией за столом переговоров конфликт не решить, решение конфликта может иметь только вид взаимоприемлемого компромисса. 2 октября, Минская группа ОБСЕ опубликовала совместное заявление, в котором решительно осуждала насилие в зоне конфликта в Нагорном Карабахе и за пределами линии соприкосновения с Нагорным Карабахом и выражает тревогу по увеличению жертв среди гражданского населения. Сопредседатели призвали стороны полностью выполнять свои международные обязательства по защите гражданского населения. Сопредседатели также отметили, что участие внешних сторон в эскалации насилия грозит усилиями для достижения прочного мира. Призыв также отметил необходимость немедленного прекращения огня и восстановления "основных переговоров, добросовестно и без предварительных условий".

11 октября Алиев заявил, что «мы должны за столом переговоров увидеть конструктивный подход с армянской стороны, чтобы они прекратили попытки имитации переговорного процесса, чтобы они воздерживались от провокационных действий, заявлений и были отданы цели нахождения пути урегулирования. Все, что мы видели с армянской стороны в течение последнего года, было как раз направлена ​​на то, чтобы подорвать переговорный процесс и возложить ответственность на Азербайджан. Так что будем наблюдать ». Таким образом, Азербайджан не отказывается от переговоров, однако пытается представить их таким образом, чтобы показать себя жертвой агрессии и получить поддержку со стороны европейских государств, несмотря на сильный геостратегическое влияние России.

Т. де Ваал отмечает, что «эскалация в Карабахе - большой риск, и руководство Азербайджана могло пойти на него, отчаявшись добиться своих целей в результате переговоров. Это решение может быть вызвано тупиком в переговорах с Арменией и отказом ее нового лидера Никола Пашиняна всерьез вести переговоры на условиях, приемлемых для Азербайджана ». В январе 2019 года главы МИД двух стран объявили о необходимости подготовки к миру. Казалось, что переговоры получили новый импульс, однако за полтора года единственным шагом в этом направлении стал обмен делегациями журналистов. Между тем риторика лидеров стала расходиться со словами их министров. В июле 2019 во время визита в столицу непризнанной НКР Н. Пашинян заявил, что Карабах принадлежит только Армении. Эти слова были расценены Азербайджаном как провокация и отказ от переговоров. В феврале 2020 в Мюнхене вновь произошли взаимные обвинения между лидерами двух государств. Относительное затишье, продолжавшееся два года, закончилось эскалацией в июле 2020 года, на международной границе Армении и Азербайджана. Тогда погибли как минимум 16 человек. Отсутствие реакции внешних игроков, особенно РФ и США в связи с пандемией COVID-19 позволило И. Алиеву предположить, что Армения останется без военной поддержки со стороны РФ и стран ОДКБ и окажется между «молотом и наковальней» - между Азербайджаном и Турцией. Такого мнения допускается и Д. Кучера - международный эксперт по геополитике в Кавказском регионе. "Несбывшиеся надежды на Пашиняна создали в Баку впечатление, что мирные переговоры не могут ничего дать и Азербайджан сможет вернуть свои территории только силой". Кроме того, партнерские отношения с США позволят больше «продавливать» решения конфликта военным путем и на переговорах еще больше давить на армянскую сторону, даже в том случае, когда в связи с президентскими выборами, американские интересы на Кавказе снижены до минимальной отметки. То что Азербайджан готовился за несколько месяцев до военной операции можно предположить и по словам помощника президента Азербайджана Х. Гаджиева. "Наша операция носит оборонительный характер - для защиты населения и принуждения Армении к миру", - заявил Х. Гаджиев.

То, что руководство Азербайджана не исключало прямой военный конфликт с Арменией за Нагорный Карабах, указывает и военная доктрина Азербайджанской Республики. «Основным источником военной угрозы для национальной безопасности Азербайджанской Республики остается оккупация Республикой Армения части территории Азербайджанской Республики. Существуют следующие возможные варианты восстановления военной деятельности в связи с данной угрозой: умышленное восстановления Республикой Армения фазы активной вооруженной агрессии; неуправляемое расширение вооруженного конфликта - разрастание локальных столкновений на линии соприкосновения и превращения их в более широкомасштабные боевые действия; применения Азербайджанской Республикой военной силы с целью восстановления своей территориальной целостности в соответствии с международно-правовыми нормами и принципами вследствие оккупации Республикой Армения части территории Азербайджанской Республики и ее отказа освободить оккупированные земли в рамках урегулирования проблемы политическим путем ». Основными внешними военными и политическими угрозами согласно доктрины являются:

- Оккупация вооруженными силами Республики Армения части территории Азербайджанской Республики;

- Любое возможное внешнее военное вмешательство во внутренние дела Азербайджанской Республики;

- Попадание Азербайджанской Республики во внешнюю военную зависимость;

- Выдвижение соседними государствами территориальных претензий к Азербайджанской Республике;

- Любые виды деятельности, направленные на ухудшение внутренней политической и социально-экономической ситуации Азербайджанской Республики, нарушение стабильности, в том числе поддержка сепаратистских и религиозно-экстремистских движений, подготовка другими государствами незаконных вооруженных групп и террористов для отправки на территорию Азербайджанской Республики;

- Участие соседних стран в межгосударственных конфликтах или наличие в данных странах внутренних конфликтов, военных операций, вооруженных мятежей или других форм военной или военно-политической нестабильности;

- нарушение государственной границы Азербайджанской Республики военными соединениями и вооруженными группами, обострение пограничных споров или конфликтов;

- распространение отдельными государствами, организациями и террористическими группами ядерного и других видов оружия массового поражения.

Географическое положение Азербайджана с точки зрения стратегической географии позволяет вести балансированную внешнюю политику и одновременно усиливать влияние на ряд регионов - Кавказского, Ближнего Востока и Средней Азии. Одновременно Азербайджан выступает связующим звеном между Москвой и Тегераном, Москвой и Анкарой и обеспечивает более чем Армения, стратегический выход России на Ближний Восток. Особая роль Баку в этом процессе обусловлена ​​также уникальным положением Азербайджана как страны, находящейся на перекрестке трех культур - русской, турецкой и персидской и исторически связанной с Россией, Турцией и Ираном. Расположен в Южном Кавказе, регионе, соединяющий Восточную Европу с Центральной Азией, Азербайджан в соответствии с З. Бжезинским бывшим советником США по вопросам национальной безопасности при администрации Д. Картера Благодаря геополитическому положению, Азербайджан имеет "чувствительное расположение", которое представляет собой , как "защитный щит" для Каспийского моря: оно открывает или перекрывает доступ многим важным субрегиональным субъектам, которые пытаются быть обеспечены нефтью и газом. Заместитель генерального директора Бюро «Стратегических коммуникаций» А. Васильев отмечал: «Азербайджан, который играет в Закавказье лидирующую роль, одновременно выступает своего рода геополитическим посредником между мировыми центрами силы: связующим звеном между Севером и Югом; Москвой и Тегераном, Москвой и Анкарой, что обеспечивает стратегический коридор России на Ближний Восток - передний край мировой политики и экономики. В то же время, говоря о российско-азербайджанских отношениях надо признать, что они все еще далеки от союзнических ». В. Киреев указывает, что «Азербайджан сохраняет двусмысленное положение на постсоветском пространстве. Он также является партнером врагов России, входит в агрессивные антироссийские блоки, которые сейчас потеряли свое влияние и назначения ». Еще одним поводом для сближения и Азербайджана стало участие Армении в военных учениях НАТО в 2016 году. Вероятно, так Армения пытается оказывать давление на Россию в связи с ее позицией по урегулированию нагорно-карабахского конфликта. Азербайджан также пытается вести стратегические отношения с США. США не первый год усиливают свое влияние в Центральной Азии, так Азербайджан стремится проводить аккуратную политику в отношении сотрудничества с Соединенными Штатами и с целью сохранения баланса сил в регионе опирается на поддержку России, в том числе и по вопросам поставок вооружения. Кроме того, не стоит исключать, что Баку будет стараться поддерживать политику США на Ближнем Востоке и в дальнейшем сильнее политически давить на Армению через Россию по решению проблемы военного конфликта, одновременно являясь настороженными к геостратегическим действиям РФ в других регионах.

Азербайджан воспринимает партнерство с евроатлантическими структурами как среду, что предоставит в целом поддержку общей безопасности евроатлантического пространства, доступа к экономическим ресурсам, новым военным технологиям и образцам вооружения. Фиксация акцентов по НАТО на доктринальном уровне находит свое отражение в конкретных действиях. Весной 2019 году в Азербайджане с визитом находилась военная делегация во главе с генеральным директором Международного военного штаба НАТО генерал-лейтенантом Яном Бруксом. На встрече с министром обороны Азербайджана, он высоко оценил связь между Азербайджаном и НАТО, особо отметил активное участие Азербайджанских военнослужащих в программах Альянса. В рамках переговоров были обсуждены вопросы оперативной подготовки, проведения учений, развития военного уровня, достижение взаимодействия между Азербайджаном и НАТО. Кроме того, 20 января 2020 г. советник Президента Азербайджана Х. Гаджиев посетил штаб-квартиру НАТО, где встретился с заместителем Генерального секретаря НАТО С. Джоанэ и принял участие в заседании государств - союзников в формате 29 + 1 На встрече и заседании состоялся обмен мнениями о партнерстве Азербайджана и НАТО, региональной безопасности. Западное направление в данном случае не является значительной целью, а выступает в качестве инструмента и выполняет лишь роль балансира в рамках «политики баланса сил».

Современная геостратегия Армении базируется, в первую очередь, на двух составляющих - во-первых, это военный альянс с РФ (Армения входит в ОДКБ), во-вторых на геополитическом проекте Великая Армения. Великая Армения - проект, появившийся после падения СССР, когда все страны постсоветского пространства начали искать новые формы организации своей геополитики. Основа геополитического проекта - страны, занявшие и завоевавшие территорию старой Армении - Турция, Азербайджан, частично Сирия и Ирак (армяне проживали на той же территории что и курды). Проект базировался на исторической памяти о Великой Армении - историческая территория, заселенная армянами, гораздо больше современного государства Армения. Новое государство должно была достигать от Каспия до Черного моря и Средиземного моря. Однако реализация данного геополитического проекта становилась все меньше и это связано с тем, что России на севере не требовалась сильное кавказское государство и поэтому она не охотно поддерживала геополитические идеи армян, а на западе и востоке были враждебны Азербайджан и Турция к тому же находясь между двух огней, Армения не решалась признавать и Нагорный Карабах, но может существовать предположение, что Ереван будет пытаться присоединить этот регион, заселенный армянами к «исторической родины». Кроме того стоит отметить, что заявления о возможном признании НКР уже звучали из уст премьер-министра Н. Пашиняна во время эскалации конфликта. В 2016 году был представлен законопроект министра иностранных дел Ш. Кочаряна о признании НКР. Однако на голосовании он был отклонен и отправлен на доработку. А уже во время нового обострения 27 сентября также заявил, что его правительство рассмотрит вопрос признания независимости Нагорного Карабаха. 19 октября 2020 года президент Армении А. Саркисян сообщил, что правительство Армении готов признать независимость НКР, если Азербайджан не прекратит боевые действия. Несмотря на то что Армения предоставляет самопровозглашенной республике военную помощь и называет ее "братской", официально ни она, ни любая другая страна мира независимости Нагорного Карабаха не признает, и Ереван формально пока не является стороной конфликта.

Рассматривая армяно-турецкие отношения через призму геостратегических приоритетов Армении стоит отметить следующее. В истории этих отношений является один этнополитический конфликт: массовые убийства армян в Османской империи в 1915 году, которые признаны актом геноцида парламентами многих стран мира. Турция выступает против такой оценки. Однако события более чем 100-летней давности и определяют то, как видят друг друга две страны. Турция закрыла границы с Арменией, дипломатические отношения между двумя странами прерваны. В 2008-2009 годах лидеры двух стран попытались нормализовать отношения, однако Баку выступил резко против, в Армении прошли массовые протесты и в итоге сближения не удалось. Всего в геополитическом измерении, находясь в карабахском конфликта Армения оказалась заблокированной со стороны Азербайджана и Турции, а транспортное сообщение через Грузию было весьма ограничено. Для Армении граница с Ираном стала единственным средством для налаживания экономических связей в период, когда страна фактически оказалась в блокаде.

В подтверждение того, что обе стороны достаточно активно готовились к войне свидетельствуют количество военной техники, которая была закуплена и показатели военного бюджета. Точных данных о вооружении армий Армении и Азербайджана в открытом доступе нет. Численность, количество и номенклатура вооружений и военной техники обе стороны также стараются не разглашать. Ситуация усугубляется тем, что с армянской стороны часть военной техники находится на территории Нагорного Карабаха, и о ней известно еще меньше. По данным ЦРУ, в 2014-м году Азербайджан тратил на военные нужды 5,1% ВВП, Армения - 4,29%. В обоих случаях эти цифры росли все предыдущие годы, но соотношение сохранялось - Баку вооружался гораздо активнее Еревана. Особенно это было заметно в такой важной области как авиация, где у Азербайджана было заметное преимущество в боевых самолетах. В регистре вооружений ООН говорится, что с 2006 по 2011 год в Азербайджан из Украины было поставлено 27 истребителей МиГ-29, а из России - до 11 штурмовиков Су-25. Там же речь идет о поставках 12 украинских ударных вертолетов Ми-24 и поставку в 2013 году 25 неназванных вертолетов из России. В армянской части регистра ООН говорится о поставках в 2004 году 10 штурмовиков Су-25 из Словакии и четырех учебно-боевых L-39S из Украины в 2004 и 2010 годах. Поставки военных вертолетов в Армению в регистре ООН не отмечены. Согласно этому же источнику, на 2016 год Азербайджан закупил 482 танка (122 Т-72 из Беларуси, 48 Т-72, ​​50 устаревших Т-55 и 100 неназванных из Украины, 162 неназванных из России, но известно, что Москва поставляла Баку новую на тот момент версию танка Т-90). Россия отчиталась о поставках в Армению 35 танков в 2013 году. С 2016 года Киев и Баку ведут переговоры о возможности совместного производства противотанкового ракетного комплекса "Корсар" разработки КБ "Луч". По словам азербайджанской стороны, Баку заинтересован в приобретении в Украине высокоточного противотанкового вооружения, включая ПТРК "Корсар", а также белорусско-украинской ПТРК "Скиф" дальностью 5 км. По данным ЦАНТО, по информации министра обороны Азербайджана генерал-полковника С. Гасанова, ВС Азербайджана планируют приобрести крупную партию вооруженных беспилотных летательных аппаратов турецкого производства. Министр обороны Азербайджана не уточнил, какие БПЛА планируется закупить, однако турецкие источники заявили, что Азербайджан заинтересован в приобретении «Байрактар ​​TB2». Этот БПЛА производится турецкой компанией Baykar Makina, поставленный силовым структурам Турции, а также на экспорт в Катар и Украину.

По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), объем военного импорта Армении с 2014 по 2019 годы - в три с половиной раза больше, чем с 2009 по 2014 годы, при том, что в 2014-2015 годах, по информации института, страна не делала серьезных закупок. Информации 2020 года в базе данных SIPRI нет, но, судя по сообщениям в прессе, Ереван продолжает активно вооружаться - в марте был заключен сорокомиллионном контракт с Индией на поставку четырех артиллерийских радаров Swathi Weapon Locating Radar для контрбатарейной борьбы.

Южный Кавказ был всегда объектом геостратегии Турции. Анкара считает армяно-азербайджанский конфликт еще одной ареной для осуществления своих растущих внешнеполитических амбиций, одновременно обращаясь к националистическому, анти армянскому блоку во внутренней политике Турции. Тесные объятия Турции, в свою очередь, дали Баку уверенность в жесткой позиции против России, ближайшего союзника Армении в конфликте, но который поддерживает тесные связи с обеими странами. Р. Эрдоган, всегда поддерживал Азербайджанскую сторону на уровне политики и дипломатии, в этом году, заявил о готовности военной поддержки турецких военных сил против Армении. «Условие прочного мира на Кавказе - это освобождение каждой пяди оккупированной земли Азербайджана. Мы продолжим оказывать посильную поддержку нашим азербайджанским братьям », - пообещал президент Турции. Еще 14 июля министр обороны страны решительно осудил армянскую сторону и добавил, что, если потребуется, вооруженные силы Турции поддержат Азербайджан в соответствии с принципом «одна нация - два государства». В тот же день действия Армении против «дружественного и братского Азербайджана» осудил сам президент страны. По его словам, атака Армении была преднамеренной и нацеленной на срыв процесса урегулирования в Нагорном Карабахе. Потеряв позиции в Сирии и стараясь не показывать данную свою геополитическую неудачу, Турция критикует призывы к миру, исходящие от лидеров США, Франции и России, председательствующих в Минской группе ОБСЕ. 28 октября российские самолеты нанесли авиаудары по военным учебным лагерям на северо-западе Сирии, в результате чего погибли 34 человека. По данным наблюдателей Сирийской обсерватории по правам человека, лагерь принадлежит Файлака аль-Шама, альянса суннитских исламистских повстанческих группировок, связанных с Турцией. Также сообщается, что около 70 человек были ранены, поисковые работы продолжаются. По информации Reuters, воздушные удары в понедельник были нацелены на лагерь вблизи Кафра Тахарима, примерно в 10 км от турецкой границы в провинции Идлиб. с 18 по 24 августа российская и сирийская авиация при поддержке артиллерии и спецназа уничтожила 327 протурецких повстанцев в Сирии, сообщает Минобороны РФ. Удары были нанесены в районе гибели российского военного советника генерал-майора В. Гладких. Эти наступательные действия заставили протурецких сил и саму Турцию уменьшить амбиции в Сирии. Глава Европейского Совета Ш. Мишель во время саммита ЕС в Брюсселе призвал Турцию «стоять в стороне, и наоборот - способствовать деэскалации». И. Куса, эксперт по международной политике Украинского Института Будущего указывает, что «вероятность того, что Турция может ввести свои силы в Карабах, существует. Но это будет зависеть от того, как будет складываться ситуация на фронте для Азербайджана. А еще - от реакции международного сообщества. Одно дело, когда Азербайджан воюет с Арменией, ссылаясь на резолюции ООН о территориальной целостности страны. А другое - когда третья страна вмешивается в конфликт: это уже может быть сомнительным с точки зрения международного права ». Как отмечает Т. де Ваал «" Новый фактор - в этом году поддержка Азербайджана со стороны Турции гораздо более открыта, чем когда-либо прежде. Россия, несмотря на военный союз с Арменией, гораздо более двусмысленная через тесные отношения с Азербайджаном ". Несмотря на стратегическое поражение на севере Сирии и борьбы против курдов, Турция пытается не допустить усиления любого государства в регионе, но существует фактор по которому Армения может признать НКР и даже будет пытаться присоединить данную территорию к себе, что спровоцирует новый конфликт уже между РФ и Турцией. Согласно последним источников, сирийские войска Б. Асада вместе с ВКС РФ начали наступление в провинции Идлиб против протурецких сил и сил оппозиции. Данная эскалация может повлиять и на Карабах с учетом того, что регулярные ВС Турции начали принимать участие в военном конфликте.

Геостратегические интересы РФ на Южном Кавказе обусловлены рядом факторов и связанные с ее присутствием на Ближнем Востоке. Во-первых, это военно-стратегическое партнерство с Ираном в противовес Турции и США и создания своего аналога «Ближнего Востока» на основе неоевразийской концепции. Как отмечает Ю. Зверев, «с 2015 года Россия использует для переброски в Сирию самолетов и личного состава транзитные аэродромы подскока в Иране. 16-18 августа 2016 российские дальние бомбардировщики Ту-22М3 и фронтовые бомбардировщики Су-34 наносили удары по объектам террористов в Сирии с иранской авиабазы ​​Хамадан. В марте 2017 министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф заявил, что Россия может использовать «на временной основе» базы, расположенные на территории Ирана, в интересах борьбы с террористами в Сирии. При этом о создании в Иране постоянной российской базы или баз речи не идет ». Согласно договору, в Хмеймим на авиационную базу через воздушное пространство Ирана и Ирака были переброшены 32 боевых самолета (четыре истребителя Су-30СМ, четыре фронтовые бомбардировщики Су-34, 12 фронтовых бомбардировщиков Су-24М и 12 штурмовиков Су-25СМ), самолет радиоэлектронной разведки Ил-20М1, а также 12 ударных вертолетов Ми-24П и пять транспортно-боевых вертолетов Ми-8АМТШ. Во-вторых, Азербайджан находится на пересечении торговых и транспортных сообщений между территорией РФ и Ближним Востоком, автоматически включает сказывается на внешней политике как РФ так и Ирана. В ноябре 2017 между тремя сторонами - РФ, Ираном и Азербайджаном были подписаны экономические соглашения по развитию автомобильного, железнодорожного и воздушного транспорта в целях модернизации транспортной инфраструктуры и развития международного транспортного коридора «Север - Юг». Этот коридор призван соединить индийский порт Мумбаи с российским городом Санкт-Петербургом. Он пройдет по западному побережью Каспийского моря через территорию Ирана и Азербайджана. В связи с этим была подчеркнута необходимость скорейшей реализации проекта по строительству железнодорожной линии Решт - Астара. С целью устойчивого регионального развития стороны высказались в поддержку реализации проекта по соединению электросетей России, Азербайджана и Ирана и договоренностей по торговле электроэнергией. Кроме того, в документе было подчеркнуто особую важность совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе. Эта встреча позволила РФ еще больше усилить свое влияние на Иран в регионе Каспийского бассейна.

Отношение России к азербайджанской геополитики всегда было очень осторожным. Москва заинтересована в подрыве американской гегемонии на Южном Кавказе и ограничении политического курса на запад своих постсоветских соседей. Россия продолжает отводить себе важную политическую и экономическую роль в Азербайджане и активно, но тонко борется за влияние в регионе. Баку рассматривал планы В.Путина по Евразийскому союзу, но до сих пор не проявлял заинтересованности в присоединении к "новому сверхнациональному союзу" суверенных государств. Руководство Азербайджана до сих пор против любого дальнейшего посягательства российского влияния в регионе, и поэтому активно продолжает сотрудничество с ЕС и НАТО.

Еще один аспект связан с тем, что после вторжения в Крым и на Донбасс, для РФ стала необходимость создания новых условий по обеспечению своего геостратегического господства на Кавказе и в Восточной Европе. Введение все больше политических и экономических санкций против РФ за открыто агрессивную внешнюю политику обусловило последнюю находить или новых союзников или пытаться создать новые условия для нормализации отношений со странами ЕС и США. Одним из таких путей является попытка урегулировать конфликт в Нагорном Карабахе и обеспечения стабильности в регионе. Новые попытки Москвы посадить лидеров воюющих сторон носит больше прагматический характер, чем продвижение своих геополитических целей, поскольку Армения является членом ОДКБ, РФ важно максимально пока не вмешиваться в новую войну первыми, поскольку тогда на Северном Кавказе может появиться новое поле нестабильности в связи с возможной поддержкой Азербайджаном и Турцией оппозиционных и сепаратистских движений в Чечне, Дагестане и Осетии. Однако, несмотря на свое влияние, Россия не является определяющей силой в этом конфликте. В России нет военного присутствия в Карабахе, она не смогла реализовать план по размещению там российских миротворцев во время заключения перемирия в 1994 году. Несколько более поздних миротворческих инициатив, выдвинутых Москвой или с ее участием, были отвергнуты Баку и Ереваном. Вице-премьер Армении М. Григорян 2 октября встретился в Москве с заместителем премьера РФ А. Оверчуком. Они совместно председательствуют в армяно-российской межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству. В то же время в России уже есть идеи о новых площадках для переговоров - кроме упомянутого выше Минска. Р. Бальбек, незаконно избран в Госдуму РФ депутат от оккупированного Крыма, предлагал для этой цели собственно Крым. По его словам, азербайджанская и армянская общины полуострова встревожены боевыми действиями и призывают власти стран к диалогу. Специалист по геополитике в Евразии Ф. Темур приводит мнение, что конфликт в Нагорном Карабахе является основой геостратегии РФ на Кавказе. «Важно подчеркнуть, что российская геостратегия восприняла политику Турции, проводимую на Кавказе и в Средней Азии с 1991 года по настоящее время, и при этом, в основном, ориентированную на Запад, как усилия на подрыв влияния России в регионе. Официальная Москва, опасаясь ослабления своего влияния в регионе, заварила кашу в Карабахе. До тех пор пока в Москву не сформируется свое видение о совместном будущем с Турцией на Евразийском пространстве, пока не будет устранена угроза национальной безопасности, представляется реальным ».

С другой стороны, Россия старается как можно сильнее дипломатично и экономически ослабить обе стороны и снова получить гегемонию над своими кавказскими «лимитрофами». Армения и Азербайджан все последние годы активно закупали новые вооружения у Москвы и каждая из сторон все больше была готова к войне. Президент Азербайджана И.Алиев в января 2020 года отмечал «Мы одни из крупных получателей российского вооружения. Некоторые контракты, которые были подписаны в предыдущие годы, пока еще в стадии реализации. То есть, мы пока еще не все получили, но уже получили значительное количество. Поэтому недавно было заявлено, что обе стороны рассчитывают на продолжение такого сотрудничества ». Стоит отметить, что на территории Армении расположены российские войска – 102-ая российская военная база в Гюмри и аэродром в "Эребуни"под Ереваном, на котором базируются российские истребители. Кроме того, Армения является членом объединенной системы противовоздушной обороны СНГ и, вероятно, получает информацию из российских радаров. Военные российских и армянских систем ПВО проводят регулярные военные учения. В феврале стало известно о том, что Россия предоставила Армении кредит в 200 млн. долларов на закупку российских вооружений в течение ближайших двух лет. Среди вооружений, которые закупил Ереван - системы "Смерч", "Солнцепек", а также зенитные ракетные комплексы "ИГЛА-С", противотанковые ракеты «Конкурс», гранатометы РПГ-26, бронеавтомобили "Тигр", наземные комплексы радиотехнической разведки "Автобаза -М ", инженерные средства и средства связи, а также различные приборы и агрегаты для модернизации бронетехники - танков Т-72, ​​БМП (прицелы, двигатели и т.д.). Летом 2020 году на территории Армении проходили совместные российско-армянские учения. В течение нескольких лет перед войной Азербайджан был одним из главных покупателей российского вооружения, а Россия - крупнейшим, основным поставщиком. Общая сумма выполненных контрактов составляет 5 млрд долларов, по официальным данным. Баку пытался купить реактивные системы залпового огня "Смерч", тяжелые огнеметные системы ТОС-1А "Солнцепек", БМП-3, дивизион самоходных артиллерийских установок "Мста-С", два дивизиона дальнего ЗРК С-300 и несколько комплексов ближнего "Топ-М2Э ". После 2016 поставки из России резко сократились, и первое место среди поставщиков занял Израиль.

Действуя в одиночку Москва может столкнуться с рядом существенных лимитирующих факторов. С военной точки зрения, Россия не имеет прямого доступа в зону боевых действий и, согласно военным анализом, ей нечего эффективно противопоставить турецким военным технологиям, которые как сообщается, продемонстрировали свою эффективность в последние дни. С политической точки зрения, «проксификация» армяно-азербайджанского конфликта, судя по всему, подразумевала бы однозначную роль России как покровителя Армении и Турции как покровителя Азербайджана. Но такая роль неизбежно ухудшит важные двусторонние связи России с Азербайджаном как торговым и геостратегическим партнером в рамках развития связей между севером и югом. Кроме того, обменяв роль неформального лидера международной коалиции, что занимается сдерживанием и урегулированием конфликта, на роль покровителя одной из сторон в бескомпромиссном противостоянии, Россия рискует нанести вред своему статусу на Южном Кавказе. Российская политика стержневого сдерживания на Южном Кавказе была основана на идее о том, что под влияние Кремля лучше служит уклонение от необходимости делать подобный выбор чем прямое военное вмешательство на чьей--либо стороне.

Отдельную позицию вокруг данного конфликта занимает Иран. 1 октября во время обстрелов в Карабахе на территории района Ходафарин упали три случайных снаряда, есть раненые среди гражданского населения, повреждены шесть домов. Иран уже размещает военных и бойцов Корпуса стражей исламской революции недалеко от границы. Также Иран предостерегает Турцию от перекидания сирийских наемников в Карабах (хотя и не подтверждает информацию о том, что они уже там есть). По словам министра иностранных дел Ирана Саида Хатибидзе, «перенос войны на Кавказ из Сирии приведет к значительно большей катастрофы, чем сам по себе нагорно-карабахский конфликт». Кроме того, Иран не лестно относится к активности азербайджанцев внутри своего государства, опасаясь ирредентиського движения (нынешний иранский режим пытается вывести Азербайджан в свою политическую орбиту и устранить влияние на турецкое население Ирана) о котором уже было упомянуто в этой статье. Поэтому Иран пытается балансировать между двумя враждующими сторонами и при этом поддерживая сторону РФ относительно мирного урегулирования конфликта.

В современных геостратегиях в Южном Кавказе особая роль отводится также такому геополитическом проекта, как Великий шелковый путь. Цель его - восстановление старинного торгового пути из Европы в Азию с целью развития глобальной экономики и увеличения скорости товарооборота. Главными инициаторами выступили ЕС, Китай и государства Средней Азии. Попыткой активизации древнего торгового пути, соединяющего Восток и Запад, является программа международного транспортного коридора Европа - Кавказ - Азия "ТРАСЕКА", который называется «новым шелковым путем». Летом 1998 года двенадцать стран Кавказа, Черного моря и Средней Азии, при поддержки США, договорились о создании железнодорожного, морского, воздушного и автомобильного транспортного коридора из Китая и Монголии в Европу в обход России. Главным связующим звеном выступили государства Кавказа - Азербайджан, Армения и Грузия. Секретариат программы находится в Баку. Мощные торговые пути и борьба за экономическое влияние превратила этот проект на арену геополитических баталий между различными субъектами геостратегии. Попытки ослабить РФ натолкнула ЕС, Турцию и Азербайджан открыть альтернативные пути. 13 декабря 2015 в Тбилиси прибыл первый контейнерный поезд «Nomad Express» из Китая. Предполагаемая пропускная способность – 1 млн. пассажиров и 6,5 миллиона тонн грузов. После введения в эксплуатацию железной дороги ожидается увеличение торговли между Азербайджаном, Грузией и Турцией до 10 млрд. долларов в год. Международные пассажирские перевозки по железной дороге Баку - Тбилиси - Карс начались в 2019 году. Уже известно, что между Турцией и Казахстаном курсирует три грузовых поезда в неделю, а раз в неделю курсируют контейнерные поезда между Китаем и Турцией. По словам министра транспорта и инфраструктуры Турции, в ноябре 2019 по этой линии было перевезено 275 000 тонн грузов, то есть около 150 тыс тонн в год, что пока резко контрастирует с заявленными планами в 10 млн тонн в год. Первый маршрутный поезд из Китая в Грузию отправился с Сианя 10 сентября 2020 и прибыл в Тбилиси 4 октября. Поезд доставил в столицу Грузии 41 контейнер с грузами. В 2013 году было объявлено о планах прокладки 224-километрового железнодорожного ответвления Карс-Дилуджу, которое соединит конечный участок дороги Баку-Тбилиси-Карс с Нахичеванской железной дороге (Азербайджан) через турецкую провинцию Игдыр. Предполагается строительство скоростной дороги для движения товарных поездов, позволяет в перспективе перевозки иранских грузов в Турцию (наряду с вновь открытым в июле 2019 участком Ван Тебриз) и до черноморских портов Грузии (минуя Армению) через станцию ​​Джульфа (Азербайджан), имеющий прямое железнодорожное сообщение с иранским Тебриза. Ожидается участие в проекте Азербайджана и Ирана. В июне 2018 было начато подготовительные работы, а в января 2019 года был объявлен тендер на проектирование дороги.

Для торговли между Азербайджаном и ЕС, «новый шелковый путь» играет едва ли не самую важную роль. В январе-августе 2013 года товарооборот Азербайджана с Италией составил $ 3.95 млрд, или 17,14% всего товарооборота Азербайджана за 7 месяцев текущего года. На второй строчке расположилась Индонезия, на долю которой пришлось 8,52% всего товарооборота Азербайджана. Товарооборот между двумя странами составил $ 1.965 млрд. Тройку лидеров замыкает Россия, товарооборот с которой составил $ 1.756 млрд, или 7,61% всего товарооборота Азербайджана. В десятку ведущих торговых партнеров Азербайджана также вошли Германия - $ 1.379 млрд., Таиланд - $ 1.348 млрд., Турция - $ 1.331 млрд., Франция - $ 1.174 млрд, Великобритания - $ 1.134 млрд, США - $ 885 276 000, Израиль - $ 787580000. По итогам января-июля 2014 Италия сохранила за собой лидерство в списке стран - торговых партнеров Азербайджана. Как сообщили Report в государственном таможенном комитете, за анализируемый период товарооборот Азербайджана с Италией составил 3.207 млрд. долл .. или 17,7% общего товарооборота страны. В десятку ведущих торговых партнеров Азербайджана также вошли Россия – 1.081 млрд. долларов (6%), Франция - 996 961 000. (5,5%), Турция - 970 315 000. (5,4%), США - 814 373 000. Долларов ( 4,5%) Израиль – 781 507 000. долларов (4,3%), Индия - 605 690 000. долларов (3,34%) и Испания - 466187000. долларов (2,6%) и каждый год статистика или не меняется или наоборот повышается в связи с открытиями новых транспортных магистралей и заключенными договорами. Поэтому важно также указать, что для РФ потеря контроля над основными экономическими магистралями подталкивает ее к более агрессивным внешнеполитических действий, в том числе поддержка обеих сторон в карабахском конфликте, имея целью экономически ослабить уровень данного региона и вернуть экономическую гегемонию над данным проектом на Южном Кавказе.

Отдельно в рамках Великого шелкового пути стоит рассмотреть ситуацию вокруг Каспийского бассейна через призму азербайджано-туркменских отношений. Туркменское посольство в Баку было закрыто в конце 1990-х годов. Разрыв отношений стал следствием политических разногласий по поводу статуса Каспия, а также противоречия за крупное нефтяное месторождение «Кяпяз» (туркменская название «Сердар»). Суть проблемы в том, что месторождение расположено на морской границе двух государств. Его запасы оцениваются в 80 млн. тонн нефти и 32 млрд. кубометров газа. После распада СССР Азербайджан и Туркмения не смогли договориться между собой и с Ираном о делимитации границ Каспия. Баку настаивал на разделе моря по срединной линии от берега, что дает ему явные преимущества на владение нефтяными запасами, а Туркмения считала справедливым раздел Каспия с учетом прибрежных нефтяных скважин. После 1991 года Туркменистан был вторым после России производителем и экспортером газа на постсоветском пространстве. Однако в последующие годы туркменский газ был лишен доступа на рынки сбыта. Одной из основных причин этого стала высокая стоимость транспортировки через территорию Узбекистана, Казахстана и России, делало туркменский газ неконкурентоспособным. В результате объемы продаж его за первые годы независимости страны снизились в несколько раз. Ситуация изменилась с приходом к власти в Туркмении Г. Бердымухаммедова. Возобновились не только дипломатические отношения в 2007 году, но и активизировался переговорный процесс по спорным вопросам, решение которых обусловливает новые выгоды двум соседним государствам. Баку ответил на это предложением о совместной разработке месторождения «Кяпяз». В 2012-2014 годах Азербайджан последовательно наращивал усилия по созданию трубопроводной архитектуры для своего газа, который должен добываться в рамках второй стадии разработки месторождения Шах-Дениз. На решение этой задачи направлен проект газопровода TANAP мощностью 16 млрд куб. м, предназначенного для транспортировки азербайджанского газа с месторождения Шах-Дениз. Газопровод должен пройти от грузино-турецкой границы до западной границы Турции. TANAP вместе с «Набукко Вест» фактически возрождает идею проекта «Набукко». Кроме того, было принято решение о доставке газа, добываемого в рамках второй стадии разработки месторождения Шах-Дениз, по Трансадриатическому трубопровода. На первом этапе его мощность составляла 10 млрд куб. м. Таким образом, усилия Азербайджана направлены на дальнейшее формирование трубопроводной архитектуры, усилит вовлеченность Баку в поставку углеводородного сырья в Европу и расширит возможности по экспорту добывания нефти и газа и создание нового конкурентоспособного рынка, что будет означать полную потерю Россией своего монопольного положения на энергетическом рынке в Европе.

Для Китая важной геополитической целью за последние 10 лет стало создания мощной логистической инфраструктуры с собственно Китая в страны ЕС. Основными путями является водный через т.н. «бирманский коридор» и сухопутный через Среднюю Азию и Кавказ. По словам генерального консула КНР в Алматы Ч. Вэя, китайская сторона будет отдавать предпочтение развитию инфраструктуры, в частности, железной дороги из Казахстана в китайские города Ляньюньган, Урумчи, Ланьчжоу, поскольку товарооборот только Казахстана с Китаем превысил $ 17 млрд в 2015 году. Появление новых логистических путей позволит увеличить торговый поток из Китая через Каспий в Европу в несколько раз. Последним введенным в эксплуатацию транзитным маршрутом стал «лазурный коридор», который объединил Афганистан, Турцию, Туркменистан, Азербайджан и Грузию, и обеспечил возможность поставок афганских товаров на рынки Европы. Его строительство началось в 2018 году и соединяет город Тургунди в афганской провинции Герат с Ашхабадом, затем через порт Туркменбаши на Каспии проходит через море в Баку, оттуда через Тбилиси на Анкару с ответвлениями в Поти и Батуми, и далее в Стамбул. Сотрудничество между Туркменистаном и Ираном в сфере электроэнергетики достигло новых высот в 2003 году, когда обе страны подписали соглашение о сотрудничестве в электроэнергетической отрасли. Подписание соглашения позволило Ирану импортировать электроэнергию из Туркменистана и проложить через свою территорию энергетический коридор Туркменистан - Иран - Турция. С этого коридора Турция ежегодно получает 600 млн. КВтч электроэнергии, производимой в западных областях Туркменистана. В апреле 2017 ЗАО "Азербайджанское Каспийское морское пароходство» и АО «Казахстанские железные дороги» создали совместное предприятие в сфере грузовых перевозок по Транскаспийскому международному транспортноу маршруту. В июне 2017 года в Астане Международная ассоциация ТМТМ в рамках заседания участников коридора ТМТМ подписала меморандум о сотрудничестве с ассоциацией транспорта и коммуникаций Китая. 12 августа 2018 в Актау президенты РФ, Казахстана, Азербайджана, Туркмении и Ирана - подписали Конвенцию о статусе Каспийского моря. Это стало завершением более чем двадцатилетней истории сложных переговоров по разделу акватории и дна Каспия, а также по вопросу обеспечение безопасности в прикаспийском регионе. Однако документ не ставит точку в решении целого ряда экономических и политических вопросов сотрудничества на Каспии, но запускает механизм дальнейшей выработки конкретных решений. Политическая составляющая Конвенции зафиксировала принципы, нашедшие отражение в Декларации по безопасности, подписанного главами пяти прикаспийских стран в 2007 г. в Тегеране. Прежде всего, это касается неприсутствия на Каспии вооруженных сил вне региональных государств. Кроме того, стороны обязуются решать все споры мирным путем, не предоставлять свои территории для агрессии против соседей. Однако работу по вопросам безопасности на Каспии намечено продолжить, так как по некоторым из них позиции отдельных стран расходятся. Данная конвенция открыла еще одну возможность - строительство Транскаспийского газопровода. ТКГ, пользующийся особой поддержкой ЕС и США, должен соединить газотранспортные системы Туркмении и Азербайджана для вывода туркменского газа через Грузию и Турцию в Европу. Благодаря доступу Европы к туркменским ресурсов этот маршрут должен создать альтернативу российскому газу. Предполагалось, что ТКГ, протяженностью 300 км, должен стать частью "Южного газового коридора» (ЮГК), создаваемого для транспортировки газа из Азербайджана в Европу, но противниками данной инициативы выступили Россия, Иран и Азербайджан, поскольку появление нового энергетического конкурента ослабит их рычаги влияния в регионе.

Энергетический коридор Восток-Запад, который обычно называют энергетической версией Шелкового пути, впервые был представлен турецкому Министерству иностранных дел представителями США в декабре 1997 года после урегулирования проблемы трубопровода Иран-Турция. Усилия по открытию такого коридора были в основном направлены на привязку богатств углеводородов Кавказа и Центральной Азии в Европу, по сути диверсифицирует источники энергии ЕС. Коридор был предназначен для экспорта нефти и газа Азербайджана, Туркменистана и Казахстана в Турцию, а затем на европейские рынки. Турция сделала проект первоочередной задачей и начала разрабатывать и реализовывать скоординированные усилия после решения Совета национальной безопасности Турции (MGK-Milli Güvenlik Kurulu) от 22 января 1998 года. 1-2 марта 1998 Министры иностранных дел Турции, Грузии, Азербайджана, Казахстана и Туркменистана собрались для обсуждения вопросов производства и транспортировки углеводородных ресурсов Каспийского бассейна. В своем совместном заявлении они заявили о поддержке развития Энергетического коридора Восток-Запад. Кроме согласия на проведение технико-экономического обоснования проекта нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан, министры иностранных дел также высказали свое мнение о возможности транспортировки казахстанского и туркменского газа на международные рынки. По мере продолжения развития Энергетического коридора Восток - Запад в феврале 1999 года Газпром и ENI подписали Меморандум о строительстве газопровода, известного как "Голубой поток" для транспортировки российского газа в Турцию. Этот Меморандум базировался на соглашении, подписанном между Турцией и Россией в 1997 году о строительстве подводного трубопровода между двумя странами. По словам "Газпрома", основной целью этого газопровода было избежать третьих стран для транспортировки российского газа в Турцию, поскольку существующий газовый путь пролегал через Украину, Молдову, Румынию и Болгарию. В этом отношении «Голубой поток» позволит избежать транзитных расходов, а также любого незаконного перекачивания газа вышеупомянутыми транзитными государствами. 16 ноября 1999 Газпром и ENI учредили Blue Stream Pipeline Co. которая начала строительство трубопровода в 2001 году и ввела его в эксплуатацию в 2003 году. Проект "Голубой поток" был частичным конкурентом Энергетического коридора Восток-Запад, который также включал Транскаспийский трубопровод для вывода туркменского газа на международные рынки, кроме BTC. Как указывают ряд экспертов, туркменский газ никогда не пересекал Каспийское море в результате успешных стратегий России. В этот период проиграл Запад, поскольку он пожертвовал естественным газовым компонентом Энергетического коридора Восток-Запад ради BTC. С другой стороны, Турция выиграла как от нефтепровода, так и от газопровода.

С открытием новых экономических энерго- путей цены на европейском рынке топливных ресурсов пошли на убыль, а потому главной геоэкономической магистралей на Южном Кавказе стала альтернативная звено пути между Китаем и ЕС. Китай активно присматривается к инфраструктурным проектам в Азербайджане. В частности, в обзоре SAM (Центра стратегических исследований при Президенте Республики Азербайджан) отмечается, что БТК будет «инструментом для успешной региональной кооперации между Южным Кавказом и его соседями из Центральной Азии, Россией. Китай показал интерес к данному проекту и обсуждал возможности для сотрудничества ». В свою очередь посол КНР в АР В. Цзинхуа подчеркнул, что Азербайджан играет важную роль в развитии международных маршрутов, значительно расширяя экономическое сотрудничество Китая со странами Центральной Азии, Южного Кавказа и Европы. Согласно азербайджанских данных, общий объем капиталовложений из Китая в Азербайджан за 2018 составил 7.8 млн.долл. Китайские компании участвуют в Азербайджане в 12 проектах стоимостью более 640 млн долл. В АР действуют 113 компаний с китайским капиталом, работающих в сферах строительства, сельского хозяйства, связи, услуг, торговли.

Товарооборот между Китаем и Европой по итогам 2018 составил более $ 1 трлн долл.. Глава Торговой палаты Азербайджана Н. Ализаде отметил, что объем товарооборота между двумя странами только за одно полугодие 2019 составляет 1,3 миллиарда долларов, и каждый квартал повышается на 10%. «При этом импорт товаров из Китая вырос на 40 процентов. Азербайджан считается основным торгово-экономическим партнером Китая в регионе Южного Кавказа. Азербайджан превратился в один из важных международных транспортных центров, расположенных на историческом «Шелковом пути». Железнодорожный коридор «Баку-Тбилиси-Карс» (БТК), на сегодняшний день представляет собой кратчайший транспортный маршрут для перевозки грузов в Китай и Европу », - сказал Ализаде. На сегодня Китаем создано семь каналов ускоренного таможенного оформления для торговли продукцией с / х Здесь ключевыми партнерами являются Казахстан, Вьетнам, Монголия. Также эффективным решением был запуск специальных грузовых поездов из Китая в Европу для почтовых служб. Таким образом, можно предположить, что при перекрытии данного геоэкономического торгового пути другим субъектом геостратегии, убытки могут составить от 1 млрд. до 1.5 трлн. долл и фактически перекроет торговлю с Европой для государств Средней Азии. Поэтому для России подчинения этого альтернативного маршрута в перспективе станет одной из основных целей на Южном Кавказе и «размораживания» войны между Арменией и Азербайджаном позволит Москве увеличить экономическое влияние перенаправив торгово-экономические связи с Кавказа на территорию России и Казахстана. Если же такой сценарий произойдет и Китай потеряет экономическое влияние на страны Кавказа, части Ближнего Востока и уступит в контроле над экономической логистикой государств Средней Азии, России то между этими двумя региональной государствами в перспективе может разыграться военно-политический конфликт за экономическое и политическое влияние над Большим Шелковым Путем.

Отдельно стоит описать геостратегические приоритеты США и Франции вокруг данного военного конфликта. За последние годы участие США в процессах, происходящих на Южном Кавказе, способствовало важным положительным изменениям в регионе, особенно в Грузии. Однако некоторые инициативы, поддержанные Вашингтоном, оказались слишком амбициозными, поскольку США недооценили проблемы, стоящие перед странами региона, и не обладали адекватными ресурсами. Президентские выборы в США сильно ослабили геополитический интерес Вашингтона к Кавказскому региону. Азербайджан для США важный стратегический партнер для возможного давления на Россию, которая достаточно активно задействована в геополитических играх на Ближнем Востоке, кроме того, военно-политическое сотрудничество между этими государствами заставит Иран через поддержку азербайджанской диаспоры, пойти на определенные политические уступки и уменьшить свою геополитическую активность в Сирии на Йемене. Это фактически означает перекрытия связей последнего с РФ, а следовательно и косвенное давление на саму Россию. Единственная проблема для американской геостратегии заключается в курдском вопросе, что ставит ее в антагонистические отношения с Турцией и поэтому широкая поддержка Азербайджана со стороны США неоднократно может меняться. США не могут уйти из Южного Кавказа. Однако успех Вашингтона будет зависеть от сбалансированного подхода к взятых обязательств и реальным возможностям, с одной стороны, и трезвой оценки границ структурных преобразований, которым он может способствовать, с другой. Геостратегические интересы США в регионе тянутся гораздо дальше границ Южного Кавказа. Несмотря на сегодняшние трения в отношениях между Стамбулом и Вашингтоном, Турция остается членом НАТО. Восстановление конфликтов на Южном Кавказе может стать угрозой для Турции и других союзников НАТО в Причерноморье. Распри и общая дестабилизация обстановки на Южном Кавказе могут превратить его в перевалочный пункт для боевиков, направляющихся в Сирию или Ирак для участия в вооруженных формированиях, а также возвращающихся оттуда в страны Центральной Азии и на российский Северный Кавказ. В итоге интересы США в регионе можно представить следующим образом: мирные отношения между Арменией, Азербайджаном и Грузией, а также их соседями, экономическое развитие, формирование эффективной системы управления и интеграция в международные структуры по их усмотрению. Если обобщить, то основные направления следующие:

- Предупреждение восстановления конфликтов в регионе:

- развитие топливно-энергетического комплекса:

- Борьба с незаконной транснациональной деятельностью:

- поддержание постоянной торговли в рамках проекта Новый Шелковый Путь:

- предупреждение создания новых антидемократических режимов

Геостратегия Франции на Кавказе связана исключительно с экономической политикой ЕС. Потеряв позиции на Ближнем Востоке и конкурируя за сферы влияния в Северной Африке между Россией, Великобританией и Египтом, она пытается восстановить свои позиции путем поддержки дипломатического урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе, обеспечения урегулирования Мадридских протоколов, уменьшить экономическое давление Турции на ЕС и выполняя функцию посредника уменьшить дипломатическую напряженность в Южном Кавказе.

С начала вооруженного конфликта Украина последовательно поддерживала территориальную целостность Азербайджана и предоставляла как военную, так и гуманитарную помощь. Особенно это было важно в начале конфликта, когда Азербайджан оказался один на один с хорошо вооруженной и мотивированной армянской армией. Украина призывает стороны конфликта в Нагорном Карабахе не разжигать дополнительных эмоций и урегулировать конфликт с соблюдением принципа территориальной целостности государств. Об этом заявил министр иностранных дел Д. Кулеба во время онлайн-брифинга 30 сентября, сообщает корреспондент Укринформа. «Мы все внимательно наблюдаем за развитием этих событий. Война - это всегда горе, жертвы, разрушения ... По нашему мнению, сейчас на Кавказе главное - это не разжигать дополнительно и без того очень высокие эмоции. Одним из краеугольных камней украинской внешней политики является поддержка территориальной целостности государств. Мы последовательно поддерживали территориальную целостность Азербайджана, так же, как Азербайджан поддерживал нашу территориальную целостность в международно признанных границах, и этот принцип остается для нас абсолютно неизменным ». Он добавил, что Украина продолжает следить за конфликтом в Нагорном Карабахе и ведет переговоры с партнерами, чтобы скоординированную позицию. По словам Кулебы, нынешняя ситуация в Нагорном Карабахе красноречиво свидетельствует, что "так называемые" замороженные конфликты "на самом деле никакие не заморожены" и в любой момент могут взорваться.

Для Украины в целом решения конфликта в Нагорном Карабахе может иметь один весовой негативный фактор. Если данный конфликт закончится победой Азербайджана и Турции, Армения может оказаться в геостратегической изоляции и стать уже жертвой двойного азербайджано-турецкого удара. Россия в данном случае вынуждена будет поддержать своего союзника, но кардинально уже не сможет изменить ситуацию и объектом ее внимания станет Украина, а точнее ее Левобережная часть, Беларусь и страны Балтии. С точки зрения Турции в геостратегии не существует правила «враг моего врага - мой друг». Р. Эрдоган придерживается геополитического проекта пантюркизма и особенно внимательно следит за Украиной-российскими отношениями, поскольку для Турции крымские татары являются етнополитично близкими к туркам. Посол Турции в Украине Я. А. Гюльдере уверял, что политика его страны о непризнании аннексии Крыма Россией не изменилась. Как говорится в сообщении посольства Турции в Киеве «Наша позиция такая же, как и раньше. Мы не признали аннексию, наша политика в отношении Крыма не изменилась, мы поддерживаем территориальную целостность Украины, включая Крым и Донбасс ». После окончания своего визита в украинскую столицу президент Турции Р. Эрдоган сообщил, что его страна будет продолжать работу по защите прав крымских татар. По словам Эрдогана, президент Украины В. Зеленский предложил построить 500 единиц жилья в Херсонской области, и турецкая сторона поддержала эту идею. Для ее конкретного обсуждения Украину посетит министр окружающей среды и градостроительства Турции. «Для нас очень важно, чтобы крымские татары получили самостоятельность. Мы предоставим нашим крымским братьям поддержку в сферах политики, экономики, дипломатии и культуры. Особое значение мы придаем шагам, которые будут осуществлены в Херсоне », - отметил президент Турции. Крым всегда был одним из направлений турецкой геостратегии и поддерживая Украину, Эрдоган одновременно пытается ослабить Россию, чтобы затем поставить вопрос принадлежности Крымского полуострова в сферу турецкого влияния. Речь идет о том, что Турция не признает присоединения Крыма к России в 1774 году и новый геополитический вектор Анкары показывает, что при ослаблении России и за молчаливого согласия НАТО, Турция может начать диктовать свои условия Украине и поддерживать крымских татар, фактически создавая еще один сепаратистский регион. Относительно сравнительной характеристики конфликта на Донбассе и в Нагорном Карабахе, то они имеют определенные принципиальные различия. Во-первых, Нагорно-Карабахский конфликт - это классический этнополитический конфликт между двумя различными нациями, во-вторых, в отличие от Донбасса, который Россия видит как буферную территорию, НКР полностью поддерживается со стороны Армении и в будущем может стать частью Армении. В-третьих, обе стороны готовились именно к «горячей» фазы, а именно прямого военного столкновения, где на карту была поставлена ​​не только статус НКР, но и геополитическое доминирование в Южном Кавказе.

Итак, можно сделать следующие выводы. Регион Южного Кавказа находится на пересечении различных этнополитических культур, экономических связей, геополитических и военных противоречий поэтому неудивительно, что Нагорно-Карабахский конфликт используют ряд государств для обеспечения своей геостратегии. Ключевые игроки являются прямыми участниками конфликты или теми, кто поддерживает ту или иную сторону - это прежде всего, Азербайджан со своим союзником Турцией, с другой стороны Армения которую пытается поддерживать Россия дипломатической и военной поддержкой. Если Азербайджан и Армения строят свою геостратегию акцентируя внимание на решении военного конфликта, причем активно закупая военное вооружение и технику из России, Беларуси, Украины и Турции, созданием новых геополитических государств на основе ирредентиських концепций, фактически имеют целью прямое военное решение, а в целом полное поглощение одной одну сторону конфликта другой включая территории НКР, содержание экономической гегемонии путем эффективного функционирования торговых логистических сетей на Великом Шелковом пути и недопущения геостратегических воздействий соседних государств, то Турция, Россия и США и Иран пытаются во-первых, усилить свое геополитическое влияние на основных участников путем дипломатических и экономических давлений, во-вторых, максимально укрепить экономическое равновесие и обеспечения своей экономической преимущества (имея в виду контроль над транспортными коридорами на Великом шелковом пути, а также транзит энергетически топливных ресурсов), в-третьих, обеспечить новые стратегические партнерские отношения с ключевыми участниками конфликта, чтобы в будущей перспективе вытеснить как политический, так и военное влияние других - государств-субъектов геостратегии. В - четвертых, укрепить позицию лояльных своих политических сил в данном регионе. И последнее, использовать данный военный конфликт, как военно-дипломатическую альтернативу для внешнеполитических торгов, связанных с геостратегическими приоритетами в других регионах, например, на Ближнем Востоке. Для Украины, которая придерживается нейтралитета, данный военно-политический конфликт может быть использован как механизм российского влияния на Донбассе, улучшения и создания новых стратегических партнерских отношений, как с участниками, так и с другими игроками, однако победа Азербайджана, а особенно Турции, может иметь и определенные негативные последствия, поскольку в варианте ослабления российского влияния в Крыму, последняя может активно начать поддержку крымских татар к полной самостоятельности, то есть сепаратизма, так и к включения Крыма в турецкой зоны геостратегического влияния.

 

Дата публикации: 
05.11.2020 - 15